Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Тогда где же она и как сюда попала? Ее мысли путались, когда она пыталась припомнить, что же произошло с ней. И вдруг, как будто невидимый барьер рухнул у нее в мозгу, все всплыло в памяти. Туран — Винтра — гробница — бегство из нее. Туран… Должно быть, это дворец в Сингакоке, куда они приехали. А Туран — где же Туран?

Она дико осмотрелась вокруг, нуждаясь в этот момент в подтверждении, что она не осталась здесь, в прошлом, одна. Но никаких признаков чьего-либо присутствия в комнате не было.

Девушка сползла с постели, спустила ноги на пол и попыталась встать. Комната стала погружаться вниз, раскачиваясь, и она была вынуждена ухватиться для поддержки за один украшенный листьями столб.

Со стены на нее смотрело огромное зеркало и в нем было отражение — не Дзианты, а Винтры! Шок от того, что перед ней стояла совершенно незнакомая женщина, был так велик, что она даже не могла смотреть на себя новую, изучать. Но затем она взяла себя в руки, укрепила свою волю и начала внимательно изучать свое новое обличье.

Она видела стройное тело, едва покрытое прозрачным бледно-розовым платьем, специально подобранным под цвет лепестков. Нет, оно не было стройное, оно было изможденное, исхудавшее. Руки до плеч, ноги до бедер были темно-коричневого цвета, а лицо, шея, все остальное имело желтоватый оттенок. Создавалось впечатление, что она долгое время находилась на солнце с открытыми руками и ногами. Ее волосы свисали до самых плеч и имели странный светло-голубой цвет.

Она знала, что этот цвет натуральный, а не экзотический цвет краски.

Глаза, которые смотрели на нее из зеркала, были окружены ресницами темно-голубого цвета. Такого же ненатурального цвета были и брови. Во всем остальном ее лицо и тело были гуманоидными по форме, однако на руках и ногах был заметный пушок голубого цвета, резко контрастирующий с темно-коричневой кожей.

Так вот она — Винтра — Винтра повстанцев, предводительница Боевых Женщин Карка.

Это всплыло у нее в памяти. Но она не должна давать Винтре слишком много свободы. Нет, она должна оставаться Дзиантой, в противном случае для нее нет будущего.

Корона — фокусирующий камень? Она быстро осмотрелась. Это был ключ, единственный ключ, который должен — или может? — открыть путь назад. Ее обостренное беспокойство придало ей силы. Она начала рыскать по комнате в поисках камня.