Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А я собирался сделать столь массированные инвестиции, что самого слегка жуть брала…

После состоявшегося совещания я обсудил некоторые вопросы еще и в узком кругу, потом пару дней шлялся по поместью, залезая во всякие дыры и уточняя детали, а затем двинулся «сдаваться властям»…

Совещание у Крюгера прошло тяжело — похоже, у многих присутствовавших, бросавших на меня короткие взгляды, свербило в одном месте от желания отобрать у этого русского так глупо подаренные ему земли и заняться золотодобычей самостоятельно.

Но мне при поддержке папаши Пауля удалось исподволь рассеять это желание и переключить мысли завистников на другую тему. Так что итог вполне можно было назвать приемлемым. На золото определили установить налог размером от трех до пяти процентов, причем шкала объемов добычи не поднималась, а падала. Насколько я помнил, в реальной истории он был установлен в пять процентов, но с учетом того, что, по моим прикидкам, добыча возрастет в разы, а то и на порядок, денег у независимого Трансвааля будет ой как много.

Преториус, например, надеялся, что это заметно продвинет дело объединения обоих бурских государств — к богатому присоединяться куда как выгодно…

Тут же, на совещании, были образованы и два акционерных общества — Западно-Трансваальской железной дороги и Русско-трансваальское торгово-промышленное, в коих мне, после того как я обрисовал их перспективы, было решено выделить контрольный пакет и предложить занять место председателя совета директоров.

На меня же было возложено и обязательство представлять их интересы в Европе. Ну да еще бы… Я заявил, что готов уже через три месяца начать работы по постройке железной дороги от Лоренсу-Маркиша до Претории Филадельфии и в этот же срок заказать первые два грузо-пассажирских парохода для Русско-трансваальского торгово-промышленного общества. Так что после этого совещания у меня в руководстве республики появилось мощное лобби…

Кроме того, был обсужден и передан мне проект Русско-трансваальского договора о дружбе и союзе.

Я заверил всех, что по прибытии в Санкт-Петербург немедленно предъявлю его брату и буду всячески способствовать его скорейшему подписанию, но… по моему скромному мнению, особых шансов на это нет, ибо подобный договор означает новое и куда более серьезное обострение отношений с Англией, которое наверняка окончится войной. А война с Англией сейчас не выгодна ни одному из наших государств.