Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

И среди ученых и политиков, там, где возможность имеют, они тоже себя неплохо проявили. Вон английский еврей Дизраэли в премьер-министры не раз выбивался. А как ловко он англичан владельцами Суэцкого канала сделал![31] И куда евреи свой талант будут прикладывать — зависит от того, что с ними делать. Если продолжать давить и не пускать — так могут и в террористы кинуться. А зачем нам талантливые террористы? — усмехнулся я.

Николай опять задумался. А затем осторожно спросил:

— А ты понимаешь, дядя, сколь много людей будут этому изо всех сил противиться? И отец мой категорически против будет, и Победоносцев.

[32]

Я пожал плечами:

— Ну, главное — решить, что это надо сделать. А уж как… Почему бы для начала не отменить полностью черту оседлости в губерниях за Уралом? И разрешить там евреям свободное не только поселение, но и поступление в школы, гимназии, даже в любые высшие учебные заведения вплоть до университетов. Без всяких квот и ограничений.

— Университетов? — удивился Николай. — Но ведь там…

— Создать, — отрубил я. — Высшие учебные заведения за Уралом всем на пользу пойдут, любой национальности. А из евреев, кои их первыми окончат, потом отличные преподаватели выйдут. Вот увидишь.

— Хорошо, — кивнул Николай, — я об этом подумаю. Но… а как нам с Русской церковью быть? Ведь ты предлагаешь отказаться от Синода и вернуть патриарха. Но это…"

"Спать мы с Николаем легли только часа в три.

А поутру, по прибытии в Петербург, он пообещал мне непременно выбрать время и отправиться поговорить о сем деле с отцом Иоанном Кронштадтским. И действительно, это был лучший из возможных выходов. Я со своей неуемностью начала XXI века могу все испортить. В первую очередь вследствие того, что мне застит глаза знание того, что надобно сделать, в то время как ничуть не менее важные как и когда я с достаточной точностью оценить правильно не могу.

Да и освящение сего дела авторитетом одного из духовных учителей России, уже ставшим почти легендарным, также очень не помешает. Того, что он полностью отвергнет предлагаемые мной изменения, я не опасался — отец Иоанн обладал уникальным даром вникать в суть вещей. Так что если отвергнет, знать, я сам ошибаюсь и излишне тороплюсь. Ну а если нет — подскажет, как лучше это сделать.

Зима прошла в трудах и заботах.