Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Курилицину было велено в рамках Общества вспомоществования в получении образования сиротам и детям из бедных семей резко увеличить набор врачей и агрономов, а Тимирязев дождался праздника на своей улице. Ему было выделено финансирование на открытие сельскохозяйственного училища и строительство для него на территории опытовой станции нескольких корпусов — под полеводческий, ветеринарный и лесотехнический факультеты. Кроме того, закладываемые поля надобно было срочно защищать лесополосами, а значит, требовалось гигантское количество саженцев.

"В апреле пошли делегации от земств и благотворительных комитетов с просьбами о деньгах. Ну, единственное, с чем у меня не было проблем, так это с деньгами. Но не дал. Эдак они мне всех сирых и голодных накормят и обогреют, и как я тогда их с места-то сдерну? В ответ «общественность» принялась на все лады поносить «самого богатого человека России», обвиняя его в бездушии, жадности и остальных смертных грехах. Когда же я, по глупости, попытался оправдаться и опубликовал свои планы по массовому переселению и кредитованию переселенцев, вой только усилился.

Теперь меня обвиняли еще и в намерении разрушить вершину человеческого социального развития — русскую общину; и оторвать основу русской духовности — крестьянина — от родных погостов, превратив его, ни много ни мало, в «Ивана, не помнящего родства». Я вспомнил все, что говорил Гумилев про интеллигенцию,[48] и просто плюнул. Но «общественность» это не остановило. На меня продолжали вешать всех собак.

Какой-то придурок дописался до того, что я собираюсь наново закабалить крестьян своими кредитами и устроить в «своей вотчине» некий новый вариант крепостничества со всеми примочками типа права первой ночи. Я просто взбеленился! Нет, ну надо было вбить в подготовку проекта уже двадцать восемь миллионов рублей, чтобы потом из-за дурацких слухов все пошло прахом! Крестьяне — люди темные и привычные к тому, что их всегда обманывают, потому даже без этих бредней, просто инстинктивно будут ждать от предлагаемых им выгодных условий подвоха.

Тут-то им и подкинут такие идейки…

Два вечера мы с Канареевым сидели, размышляя, как сбить эту волну вранья. Был вариант просто отловить штук пять-шесть борзописцев да повырывать им языки, и ей-богу, он был для меня самым желанным. Но от него, хоть и со скрипом, отказались — иначе ни о каком моем сотрудничестве с прессой после этого уже и речи быть не могло бы, а пресса мне еще очень пригодится в будущем.