Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Да ладно вам, поручик, — прервал его ротмистр Ковринский, — все знают, что у вас, жандармов, отличные мозги, нам, армеутам, не чета. Да и пронырливы вы — куда там змеям. Так что давайте делитесь.

— Ну хорошо… Но прошу учесть, что это всего лишь мои предположения и не более. Не считайте мои слова за абсолютную истину — все может быть совсем не так, как мне представляется… Во-первых, господа, само по себе сосредоточение войск рядом с границей без каких бы то ни было мер маскировки может быть подозрительным.

Но это не главное. Главное, чтобы вы заранее привыкли соблюдать меры маскировки и чтобы на той стороне вы принимали их уже вполне естественно и привычно. А уж там они вам точно пригодятся…

Приказ на наступление пришел в обед девятнадцатого числа. А в семнадцать часов их собрал командир полка для постановки боевой задачи.

— А что, господин поручик, — обратился Веснин к севшему неподалеку Сеславину, — господа германцы успеют подготовиться? Небось господа контрабандисты сейчас на ту сторону бегут — только пятки сверкают.

"— Не думаю, — спокойно сказал жандарм. — Насколько я знаю, уже вчера вечером все отряды Отдельного корпуса пограничной стражи подняты в ружье и с того момента в полном составе торчат на границе с задачей исключить движение через нее кого бы то ни было. Так что даже если господам контрабандистам и есть что сообщить своим хозяевам — добраться до них они пока не могут. И не смогут еще несколько дней.

Корнет удивленно покачал головой.

Вот оно как все поворачивается-то… Испокон веку было так, что армия — отдельно, а пограничники или те же жандармы — опять же отдельно. А ныне как все переплелось…

После постановки боевой задачи, которая произвела на Веснина сильное впечатление в первую очередь тем, что командир полка знал, казалось, расположение каждой роты противника в полосе наступлений полка, всех отправили спать. Подниматься предстояло в полночь, затем должен был состояться марш, потом оборудование позиций — и бой, причем, весьма вероятно, с превосходящими силами противника.

План первого дня наступления был разработан весьма искусно. Германцы должны были опомниться только часам к десяти утра, после чего начать дергаться, не имея возможности получить полную достоверную информацию и располагая лишь фрагментами сведений, которые призваны были заставить их действовать определенным образом и двигать ресурсы туда, где их уже будут ждать.