Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Я прекрасно понимаю, что описываю страну, карты которой нет ни у одного человека. Христиане верят, что Иисус побывал в аду и вернулся оттуда, но и эти слова оставляют нас перед темной бездной, так что мы не можем составить путеводитель для других путешественников. Мне бы очень не хотелось, чтобы читатель решил, будто я (или кто–либо еще) имею четкое представление обо всем этом. И не стоит думать, что я получаю удовольствие от подобных размышлений. Однако Новый Завет, а также печальные реалии нашего мира вынуждают меня прийти к такому выводу относительно одной из самых мрачных богословских загадок.

Я был бы рад узнать, что я не прав, но только не за счет отказа от веры в то, что этот мир есть благое творение единого истинного Бога и что в итоге Бог совершит суд, о котором возрадуется все творение.

5. Заключение: цели человека и новое творение

Я не хотел закончить данную главу на этой ноте — и у меня есть достойная причина: Новый Завет снова и снова также отказывается заканчивать на этом. В Послании к Римлянам Павел недвусмысленно заявляет, что действительно «самовольным и непослушным истине, но покоряющимся неправде» грозит осуждение; но далее он все больше переносит акцент на тот факт, что Бог заключил всех людей в тюрьму непослушания, чтобы в конце всех помиловать.

[204] Конечно, из этого отрывка и подобных ему видно, что, сказав «всех», Павел не говорит «всех отдельных людей», но скорее «людей любого рода». Однако слова Павла обо «всех» постоянно должны были превосходить представления его аудитории, потому что ими он хотел показать, что сила Божьей любви способна нарушать наши ожидания.

Павел помнил, как Божья благодать изменила его собственное каменное и жестокое сердце, и потому понимал, что по эту сторону могилы нет ни одного человека в мире, с которым не могло бы произойти подобного."

"Таким образом, величественное, хотя и загадочное, окончание Откровения Иоанна дает нам удивительные и, быть может, огорчающие нас намеки на будущие цели, на работу, для которой это новое творение является только началом.

Описание Нового Иерусалима в главах 21 и 22 ясно показывает, что некоторые категории людей оказались «вне»: псы, волшебники, любящие и совершающие ложь. Но в тот самый момент, когда мы думаем, что тут все понятно: одни внутри, другие вовне, — мы находим образ реки, вытекающей из города, и на ее берегах — древо жизни, не одно дерево, а множество, и, как сказано там, «листья древа — для исцеления народов».