《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш) читать онлайн

Обложка книги 《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.

О книге

Открывайте «《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Легкая проза. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Джек Гельб.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

- На что же мне то? – с царских губ вновь сорвался тяжкий вздох. – Иного жажду.

Он медленно вынул руку свою из тёплых ладоней. Едва ли не боязливо, с трепетом Иоанн коснулся костяшками пальцев щеки Фёдора. Стоило Басманову опустить свой взгляд на руку государя, так царь тотчас же убрал руку и возвратил её на золочёный резной подлокотник.

- Чего же жаждете, царь-батюшка? – спросил Фёдор, медленно поднимая взгляд с руки Иоанна на его чело, точно заслонённое туманом тяжких дум.

Голос опричника точно вернул разум Иоанна из небытия.

Губы расплылись в улыбке, но сокрыл то Иоанн, вновь припав к чаше с вином. Осушив кубок свой, безмолвно протянул своему слуге."

"Вняв молчаливому приказу, Фёдор наполнил чашу государя, а после и свою.

В суровые морозы и не верилось, что всё переменится, да ныне природа вновь задышала мягкой зелёной дымкой. Снег не сошёл полностью, да меж талых сугробов, на островках голой чёрной земли иной раз и восходила первая зелень.

Солнце уж боле и боле сияло на небосводе, лоснясь раскалённым золотом на куполах храмов Господних.

Суровое дыхание зимы покинуло русскую землю, и нынче предстояло много работы, ведь земля не носит тех, кто не служит ей.

На поля возвратились крестьяне, убирая гнилые деревья, али иной сор, что мешал возделывать поля. Из дряхлых сараев, что покоились под толщами льда и снега, доставали свои пожитки всякий вольный али крепостной крестьянин.

Нет в том отметины, как переменяется зима весною, да та грань уж преступлена была.

На склонах, что повёрнуты были к солнцу, уж зеленела мелкая трава да робкие подснежники явили себя, да не смели поднять своих белоснежных головок. Полевая поросль вступала в свои владения, едва сходил рыхлый грязный снег.

В трудах проходили и дни в стенах Александровской Слободы. Во двор лился уж весенний свет дневного светила. Знали крестьяне, что служили при самом царе да при ближних его, мол, у западной стены, где белокаменная башня домашней церкви величественно возвышается над иными строениями, так уж и греет солнце боле, чем в ином угодье.

В том месте, у стены, Дуня суетилась в деле своём. Развесила девица кручёные бечёвки, да перекидывала ныне через них настиранные простыни. Ловко перекидывала она ткани, разглаживала заломы да замятины, блуждая меж белоснежных тканей.

Ещё зарёю Дуня вернулась с базару, что был в двухстах верстах от Слободы. По дороге восвояси, девица прошлась длинною дорогой. То место уж пригрелось ласковым солнцем.