Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Но стоило им едва поднять взор свой, так и замерли в полном смятении.

Не государь был пред ними, но Фёдор Басманов. Его кафтан был накинут прямо на плечи, рукава свободно висели вдоль тела. Опричник тотчас же поднёс палец к устам своим, призывая стражу к молчанию.

- Иоанн Васильевич ещё спит. – произнёс юноша вполголоса.

Стражники переглянулись меж собою, сведя брови, но не решались и слова вымолвить, притом, не столько из-за слов Басманова, но боле из-за растерянности. Один из стражей решился заглянуть за плечо Фёдора, дабы удостовериться, что государь и впрямь в своей опочивальне.

Фёдор уловил взгляд тот, и даже поддался чуть в сторону, дабы рында мог воочию узреть, что великий царь и в самом деле в добром здравии и не покидал нынче своих покоев.

С тем юноша прошёл мимо рынд, и направился скорее в свои покои.

…

Иоанн восседал на троне, покуда писец, прибившийся подле трона, складывал ответ со слов владыки.

В коридоре раздался тяжёлый шаг, и царь тотчас же смолк, ибо уж выучил поступь каждого опричника.

Боле того, могучий тяжёлый шаг Алексея Басманова вовсе не мудрено было запомнить, тем паче, что Басманов служил при Иоанне уж не один десяток лет.

Безо всякого докладу, Алексей явился в палату, да отдал низкий поклон. Иоанн преумело скрыл свой живейший интерес, с чем же нынче явился Басманов. Не явив ни в лике своём, ни жестах, ни малейшего удивления, владыка жестом пригласил Алексея к себе.

- Бью челом, добрый владыка. – молвил Басманов.

Иоанн коротко кивнул с улыбкой, веля молвить боле.

- Об чём речь твоя? – спросил царь, протянув руку к писцу.

Холоп протянул грамоту, сочинённую наполовину, да деревянное перо, обмакнутое в чернила. Царь принялся беглым взглядом просматривать написанное, али вовсе делал вид, что утруждён сим.

- Об чём, об чём! – усмехнулся Алексей, разведя руками. – Об отроке моём ненаглядном!

Иоанн едва приподнял бровь, но не боле.

- И что же? – молвил царь, продолжая водить глазами по сероватым строкам.

- Уж сей весною ему семнадцать исполнилось.

– ответил Алексей. – Не буду ходить вокруг да около – женить его надобно.

Раздался треск, отчего вздрогнули и писец, подле трона царского, да и сам Басманов уж никак не ждал того. То было деревянное перо – Иоанн сжал кулак с такой силой, что вовсе разломил его. При том чернила вылились ему на руку, просочились сквозь пальцы с перстнями.

Холоп тотчас же подорвался со своего места, да схватив чистую ветошь хотел было вытереть длань царскую, но Иоанн не дал того.