《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш) читать онлайн

Обложка книги 《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит. Любовь никогда не перестает, хотя и пророчества прекратятся, и языки умолкнут, и знание упразднится.

О книге

Открывайте «《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Легкая проза. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Джек Гельб.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Ничего не оставалось мужикам, как подчиниться, ибо окружены они были. Услышав обрывистые слова сына своего, Алексей немедля взял людей своих, коим бы доверил жизнь свою, и помчался к монастырю.

Лишь уже в дороге припомнил Басманов былые годы, и память оживала по мере того, из-за горизонта поднимались тёмные развалены монастыря.

«А Федька-то как измудрился припомнить?» дивился Алексей.

К заре работа была окончена. Басманов прохаживался меж мешков с товарами, что Луговский припрятал для торговли на западе. Уж часу не прошло с того времени, как Алексей сидел, лишённый всякой жизни в своём сердце и разуме, а ныне в нём поднималась такая сила, коия уж едва была присуща роду человеческому.

Алчностью и гордостью горели глаза Басмана, покуда он разглядывал княжеские короны, шубы да скипетры, приоткрывая мешки, обитые изнутри грубой кожей для пущей сохранности.

Мужиков Луговских загнали обратно, в тайный лаз. Ратные люди на Басманской службе принесли немало камней тяжёлых с развален монастыря, да и замуровали могилу отца Тихона.

- Пущай государь и рассудит. – довольно молвил Алексей, помогая грузить сокровища по телегам.

- Не вели казнить, но молвить, государь! – раздалось в коридоре.

Иоанн едва повёл головой, а руки его пуще прежнего вцепились в чётки. Стоял царь, и впрямь, как и сказывали, на коленях пред святым образом Богородицы со Спасителем на руках.

- Так молви. – тихо повелел Иоанн.

- Очнулся Фёдор Алексеич! – доложил холоп.

Царь коротко кивнул, да жестом велел идти прочь.

Крестьянин, верно, смущён был, да всяко не дурил – и пошёл себе с миром подобру-поздорову. Нынче немало было дел, как братия в поместье явилась, едва хватало рук.

Иоанн глубоко вздохнул, осеняя себя крестным знамением.

«Неужто ты и впрямь не отвернулся от меня, Отче? Даю тебе обет священный – изучусь я у Тебе, Безмерно Благой и Всепрощающий, изучусь у тебя милосердию, изучусь у тебя кротости и смирению.»

Горячие слёзы выступили на глазах Иоанна. То было сродни божественного откровения, и такого чистого и преисполненного порыва давно уж не ведал царь.

Настолько давно, уж отчаялся ждать сего."

"Фёдор всё глядел перед собой, точно сквозь сон. Мысли юноши путались, всё мешалось в полной неразберихе. Больше всего нынче юношу тревожили те слова, что он молвил своему отцу – то было сон или явь?

Тем паче, что юный Басманов сам не мог точно уж вразуметь, насколько верна его догадка о схроне товару Луговского, и вся голова была лишь тем и занята.