Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Терема стояли в тревожном безмолвствии, наглухо закрывшись ото чёрной своры."

"В этот день путь их лежал во двор князя Сицкого. Славное было место, славное.

Лошади обступили ворота, когда опричники спешились, да грузили добро с собой привезённое.

Фёдор, ехавший во главе, спрыгнул с лошади и оглядел братию, прибывшую с ним.

- Не так лихо! Побьёте ещё чего! – прикрикнул Басманов, поглядывая, не идёт ли кто открывать ворота.

Заслышался частый шаг по снегу. Калитка робко отворилась, и все взоры опричников в миг обернулись на черноокую девчушку.

Она закуталась в короткий полушубок, на ногах сапоги были никак не по размеру. Чёрная коса ниспадала с плеча прямо поверх не то шарфа, не то шерстяного одеяла, в коие закуталась девчушка.

- Доброго дня, Марусь. – произнёс Фёдор, выйдя вперёд. – Василий Андреич дома?

Басманов заглянул за плечо крестьянки.

- Дома, дома сударь! – с поклоном молвила девушка, приглашая жестом гостей. – Уж заждались вас, Фёдор Алексеич, заждались!

Басманов улыбнулся, да подал знак прочим опричникам, чтобы следовали с ним.

С порога Василий Андреич принял зятя желанным гостем. Не успел Фёдор и шапки снять, как они крепко обнялись да поцеловались в щёки. Князь похлопал Фёдора по плечу.

- Уж гадал, когда поспеешь! – радушно произнёс Сицкий, покуда Басманов раздевался да оправлял волосы рукою.

В доме было натоплено добротно, что паче чуялось, коли зайти с морозу.

- Уж как Бог послал – так и поспели! – произнёс Фёдор, разводя руками.

Чуть посторонясь, точно в оправдание, Басманов указал плавным жестом на привезённое добро.

Войдя в терем, опричники сгружали подарки хозяину. Средь них были ковры и ткани, пять шуб, платья, сарафаны да платки расшитые, украшения из серебра и три сабли.

Князь щелчком подозвал крестьянских, чтобы управилися с привезённым, да снесли, куда велено, а сам позвал Фёдора ко столу. Прочие же опричники не остались без угощения – для них яства уже дышали манящим жаром, а холопы вынесли из погребов сладкие вина.

С Фёдором же Василий откушать хотел наедине, и кушанье в самом деле наготовлено было недурное.

Басманов с большой охотой приступил к трапезе вместе с князем. Первой же мужчины выпили за здравие любимой Вари, за дитя во чреве её.

- И впрямь, подстать угощениям с царского пиру! – нахваливал Фёдор.

- Коли так – то славно! – улыбнулся Василий, утирая усы. – Да и почём мне знать, что при дворе подают?

- Так хоть завтра приходи, будешь гостем дорогим! – молвил юноша, положа руку на сердце.