Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Не владея собой, он рассмеялся, да откинул голову назад. Утерев слезу, он вновь обратил свой взор на свою семью.

По мере того, как Фёдор глядел на них, вместе со многими, доселе неведомыми страхами, в пылком сердце вспыхивали огни, полные светлой радости, безмерно блаженного счастия. Уста Фёдора вновь и вновь шептали слова благодарности.

Варвара, верно, лишь сейчас сквозь изнурённый, глубокий сон, услышала своего супруга, узрела его подле ложи своей.

Фёдор глядел на жену с благоговением, точно на языческую святыню.

Её уста, искусанные до крови в мученических потугах, слабо улыбнулись.

…

Уже солнце давно село, и с неба робко поглядывали первые звёзды. Василий сидел на крыльце, поглядывая по сторонам.

Сердце отцовское не находило покою до тех самых пор, как не примчался гонец с доброю вестью.

Князь справлялся с тревогами, и не давал пустым безумным страхам овладеть им. Мужчина взял себя в руки, и смиренно ожидал, как явится Басманов с его дочерью да новорождённым Петром Фёдоровичем, ибо именно под этим именем крестили младенца на восьмой день с его рождения.

"Долгие месяцы разлуки изъедали отцовское сердце, пущай Василий и заверялся – по словам Басмановых, да по письмам самой Вареньки, что ей славно живётся, и нету ей никакой печали али беды.

Василий радостно поднялся с крыльца, выходя к воротам – уж кто это, как не супруги младые с чадом?

Василий не мог нарадоваться, наглядеться на дочерь свою.

В княжеской памяти она была совсем ещё юной девицей, а нынче пред ним предстала жена и мать, нежно качающая на руках своё чадо.

Обхватив бело личико, князь поцеловал её в лоб, да опустил взгляд вниз. Из-под белых пелён на Василия бездумно глядел младенец, и его ясные глаза были полны небесной лазури, что довольно скоро прельстило Фёдору.

Сам Фёдор стоял чуть поодаль, да с какой-то мягкой нежностью глядел на князя да на жену свою. Едва Сицкий поднял взор на зятя, Басманов охотно предался радушным объятием.

- Ну, Василий Андреич, сами теперь управитесь! – откланялся Фёдор, едва отстранившись.

- Ты чего-то? – подивился Василий. – Хоть домой зайди!

Сицкий махнул на терем, и будто оскорбился столь спешным отбытием зятя. Фёдор глубоко вздохнул, аж плечи опустились.

- Служба, Андреич! – протянул Басманов.

Князь поджал губы, да развёл руками. Василий так и не решился ни на один вопрос – что нынче толку?

- От же… – со смирением вздохнул Сицкий, да помотал головой.

Фёдор запрыгнул обратно на лошадь, махнул на прощанье, да погнал прочь.