Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но это после, утром, а сейчас, - говорит неожиданно серьезно Андрюха, оглянувшись на Воробышек, - жаропонижающее, обильное питье, горизонтальное положение и сон. Много сна - у девчонки налицо общее переутомление организма.

- Береги себя, сероглазая, - он внезапно шагает к птичке, нависает над ней и проводит длинными пальцами по светлой вьющейся прядке у ее виска.

- Звони, Люк, если что! - бросает мне уже у самой двери и возвращается в шумный зал, оставив нас с Воробышек в кабинете одних.

Когда за Шибуевым закрывается дверь и плечи девушки облегченно опускаются, я отворачиваюсь к столу, открываю ампулу и набираю шприц. Обернувшись к птичке, смотрю на ее высоко оголенное предплечье и чертыхаюсь про себя его мягкой хрупкости и ее упрямству, заставляющих меня сейчас чувствовать себя одним из последователей небезызвестного ""Доктора Зло""."

"Я холодно прошу Воробышек подойти ближе и беру ее руку под плечом в свою ладонь.

Провожу большим пальцем по коже, пробуя возможное место укола... Оно буквально опаляет меня жаром, и я больше не медлю. Решительно ввожу лекарство в мышцу и невольно задерживаю взгляд на спокойном лице девушки и поднятых на меня серых, как дождливая осенняя топь, глазах.

""Нежная девочка, - неожиданно всплывает в голове голос Андрюхи, и еще один, смутно знакомый. - И такая терпеливая...""

А, черт! Чтоб тебя, Шибуев!

***

Господи! Как долго тянется день! Мне кажется, я не спала вечность! Музыка грохочет и дэнсонирует вокруг меня, мигает яркая подсветка, суетятся какие-то люди, а я бреду вслед за Люковым сквозь многолюдный танцпол, уткнувшись взглядом в обтянутую черной кожей широкую спину, почти не замечая брошенных вдогонку парню приветствий и кокетливых женских взглядов, не веря, что вдруг оказалась здесь.

Мне хочется заткнуть уши и закрыть глаза. Никого не видеть и не слышать, так шумно и пестро в этот миг вокруг.

Хочется отыскать в волнующемся море дергающихся человечков вход в темный глухой туннель, затвориться в нем ото всех и приклонить голову у безмолвной стены. Просто забыть обо всем и спрятаться - так я устала, и когда, наконец, оказываюсь на улице, под звездным холодным небом, то внезапно теряюсь, оглушенная городской темнотой. Неожиданно потеряв из виду высокую фигуру Люкова и не зная куда идти.