Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В ходе ее происходила любопытнейшая вещь: те крестьяне, которые полагали, что их будут раскулачивать, не дожидаясь этого, грузили на телеги скарб, семьи и переселялись в соседнюю область, где их с радостью принимали, так как кому-то надо было заменить своих, тоже ушедших от раскулачивания. Так что если бы кто-то дал себе труд посчитать, сколько в те годы появилось народа на стройках Челябинского тракторного, Горьковского автомобильного и многих других заводов, то оказалось бы, что этого народа больше, чем у нас считается умершими.

"Такая же ситуация с Великой Отечественной войной. Здесь искажения начались во времена Н. Хрущева, стремившегося всемерно порочить память о предшественнике. Поэтому все внимание историков, публицистов сосредоточилось на первых месяцах войны, на отступлении. К. Симонов создал трилогию в этом ключе «Живые и мертвые», словно забыв о первом романе «Товарищи по оружию», где все описывалось иначе. С тех пор, а тем более сегодня, — все безысходнее картины отступления, даже бегства наших войск, окружения.

Не знаю, что скажет обо всем этом созданная Президентом комиссия, есть ли в ее составе хоть один человек, способный напомнить о действиях 14-й армии, воевавшей в Заполярье под Мурманском, которая отступила от границы всего на 40 километров, так как этот рубеж был более удобен для обороны. Заняв данную позицию в сентябре 1941 г., армия до начала наступления в 1944-м не отступила ни на сантиметр. Почему такое замалчивается? Кому это выгодно?

Бесспорно, симоновский Серпилин, сыгранный в кино Папановым, — прекрасный образ.

Но ведь кроме художественного был реальный командующий 16-й армией М. Лукин. Мой отец был одним из заместителей командующего этой армии. И я в свое время в Подольске хотел найти какие-то документы. И обнаружил — первое формирование погибло полностью.

Вместе с документами. Но знамя сохранили. Второе формирование — тоже полностью. В боях между Смоленском и Москвой полегло и третье.

Все это в 1941 г. Вот кто остановил немцев на подступах к Москве. Не сдавался в плен, не бежал, не попадал в окружение, никого не гнали в бой под пулеметами заградотрядов. Почему обо всем этом ни звука?

Лукин потерял в боях ногу, руку. Без сознания попал в плен. Когда его освободили, кое-кто в Москве стал проявлять, что называется, активность: пленный командарм — надо бы разобраться. Но вмешался Сталин, вступился за Лукина.