Город и его ненадежные стены читать онлайн

Обложка книги Город и его ненадежные стены
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Харуки Мураками

О книге

Открывайте «Город и его ненадежные стены» и читайте — текст лежит здесь целиком, бесплатно, без регистраций и подтверждений номера. Жанр — Легкое чтение, Легкая проза. Никаких обрезанных глав и предложений «оплати подписку, чтобы узнать, чем всё кончится»: книга представлена в том виде, в каком её написал Харуки Мураками.

Прежде чем нырять в первую главу, гляньте аннотацию или авторское предисловие — обычно там в двух абзацах понятно, о чём вообще речь, какой настрой и стоит ли это вашего вечера. Предисловие публикуем как есть, без редакторских пересказов от себя. Если описания пока нет или оно куцее — оставьте коммент, найдём и добавим.

Текст разбит на страницы: глазам так комфортнее, чем листать бесконечную ленту, и читается дольше без усталости. Место, где остановились, сохраняется автоматически — закрыли вкладку, вернулись через неделю, и страница откроется ровно та же. Шрифт регулируется, фон переключается между светлой и тёмной темой: вечером с тёмной экран меньше слепит, днём светлая привычнее.

Под книгой — отзывы тех, кто уже прочёл. Туда заглядывать полезно: иногда вылезают спорные смыслы, которые сам пропустил, иногда — категоричные «не моё, не тратьте время», и тоже информация. Дочитали «Город и его ненадежные стены» — оставьте пару строк, кому-то это поможет решить.

Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

»

Еще она постоянно вспоминала о соли, которая закончилась во время готовки. «Я должна была знать, что соли не хватит, что соль скоро кончится, и должна была подумать об этом. Всё из-за моей невнимательности. Я отвлеклась, потому что в солонке кончилась соль, и не заметила, что больше не слышу его голоса. Все потому, что, когда я жарила рыбу, закончилась соль. Из-за этого наш сын погиб. Я даже не помню, выключила ли я газ».

«Даже если бы у тебя не закончилась соль, ты не смогла бы предотвратить несчастный случай. И ты точно выключила газ».

Но сколько бы раз Коясу не объяснял ей этого, она ничего не понимала. Бесконечно говорила о собаке, велосипеде, соли и газе. На самом деле, она разговаривала не с ним. Она говорила сама с собой. Ее слова были лишь эхом. Эхом, разносившимся из темной пустоты, открывшейся внутри нее. И Коясу не мог добраться до этой пустоты, для него там не было места.

Он понимал, что все идет неправильно. Что бы он ни делал, ничего не помогало. Коясу понятия не имел, что мог сделать еще, и узнать это было не у кого.

Его жена бесконечно говорила об одном и том же, игнорировала все слова утешения и ободрения, и не обращала на него никакого внимания. Она не позволяла Коясу прикоснуться к себе даже пальцем. И почти не спала.

Коясу был готов ждать сколько угодно. Наверное, только время могло помочь их горю. Сам он был бессилен. Но, к сожалению, время тоже оказалось не на его стороне."

"В конце июня несколько дней шли сильные дожди. Река разлилась так широко, что возникла опасность наводнения.

Спокойная, тихая река на окраине города превратилась в бурный мутный поток, с ревом несущий вниз по течению коряги и бревна.

Когда однажды Коясу проснулся около шести часов утра (это было воскресенье), его жены не было рядом. Дождь громко барабанил по крыше. Забеспокоившись, он обыскал весь дом, но ее нигде не было. Он громко звал жену по имени, но не получал никакого ответа. Его сердце колотилось. Он не мог себе представить, чтобы она вышла из дома так рано утром, но и дома ее нигде не было.

Он вышел на улицу в плаще и шляпе. Ветер, дувший с гор, завывал в кронах деревьев. Коясу тщетно искал ее в саду и на соседних улицах. Но и там ее нигде не было. Поэтому у Коясу не осталось другого выбора, кроме как вернуться домой и ждать ее возвращения. В такую бурю она не могла бы уйти далеко. Рано или поздно ей пришлось бы вернуться.

Но она не вернулась. Он зашел в спальню и откинул с кровати одеяло. И тут увидел, что под ним лежали две луковицы.