Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Надо, значит, надо… Все ведь уже продумали: связь, каналы поступления денег и оружия, план работы… В общем… здравствуй, ИРА!

Интерлюдия

Прекрасно! Замечательно! Великолепно! Честно говоря, Валлентайн и сам не ожидал, что такая простенькая интрига может привести к столь грандиозному успеху! Боже, какие же они все-таки варвары, эти русские! Всего лишь тонко распущенные слухи о бесстыдном поведении цесаревича и его невесты — и такой скандал! Даже странно, учитывая некоторую вольность здешних нравов… А как этот дурачок бросился искать источник сплетен! И ведь нашел!.

Валлентайн коротко злобно рассмеялся. Эх, если бы все его планы были так легко исполнимы. Но, к сожалению, это не так. Все попытки Валлентайна создать некую оппозиционную коалицию из недовольных членов императорской фамилии неизменно заканчивались полным провалом. И ведь из-за чего? Тупое равнодушие и фатализм! Да, они слушали его увещевания и доводы развесив уши, но как только дело доходило до планирования конкретных действий… Практически все его собеседники отвечали одной и той же фразой: Бог милостив, не допустит… Идиоты, какие же они все идиоты!"

"Ну, что же… подождем, пока градус недовольства среди великих князей и присных повысится.

Благо, никто из будущего не дергает назад. А это означает, что там, триста лет вперед, уже никто и не помнит о его героическом прорыве к мнемотранслятору через ряды охранников и сотрудников Института времени (на самом деле Валлентайн отпихнул двух охранников и ударил по лицу девушку-оператора).

Всех настигла хроноамнезия… Если там, в XXIII веке, вообще существует означенный институт…

Рассказывает Олег Таругин

Он же — цесаревич Николай

Мы едем в Москву. Мы — это я, Моретта, мои «малый двор» и «малый кабинет», а также весь штат Мореттиных фрейлин, горничных, служанок, секретарей и прочая, прочая, прочая.

Правда, «малый кабинет» едет не в полном составе.

Васильчиков отправился вместе с Целебровским в Варшаву, постигать под руководством старого грушника тонкости военной разведки. Зато с нами отправился в добровольную ссылку дядюшка Владимир Александрович. В последнее время он очень сблизился со мной и практически стал вхож чуть ли не в ближний круг. «Чуть ли» — это по причине моих опасений. Можете считать меня параноиком, но я не могу полностью доверять ни одному Романову.