Господин из завтра. Тетралогия читать онлайн

Ну, ладно, надо все-таки узнать, о чем они там советовались…

— Мы тут посоветовались, Ваше Высочество: будет лучше, если вы не сообщите императорской чете, да и всем вашим родственникам о том, что было в Берлине…"

"Ха, я и сам думал об этом, вот только как это «не сообщать»? Ведь отчет давать все равно придется.

— Как вы себе это представляете, Павел Карлович?

— Все очень просто. — Он чуть понижает голос. — Это не вы ухаживали за принцессой, а я. Или князь.

А в этом что-то есть. Можно попробовать, по крайней мере иметь как запасной вариант.

Молодцы.

Интерлюдия

Яркий свет, напряженный гул голосов…

— Итак, я резюмирую: иновременной донор отказывается добровольно покинуть реципиента и предпринимает действия, переводящие бифуркационный узел из разряда второго рода в первый. Попытка войти в контакт с ИД, предпринятая магистром Крупиной, чуть было не привела к гибели последней. Считаю необходимым провести операцию по насильственному возвращению ИД в его временной кластер. Проведение поручаю доктору Фалину и доктору Берштейну…

Рассказывает Олег Таругин

Наше возвращение было легким.

Васильчиков действительно мужественно принял на себя обвинения в легкости поведения, но теперь хотя бы надо мной не висит дамокловым мечом попытка заключить союз с «вероятным противником». И то хлеб. А тем временем я получил еще одно очень важное право: теперь я присутствую на заседаниях Государственного и Императорского советов, так сказать, официально. Фактически с правом голоса.

Мой венценосный рара спокойно передал мне часть своих обязанностей.

Он лишь поцокал языком и, стиснув мои плечи, прорычал: «Гляди-ка, Николя, человеком становишься! А я-то думал, ты у меня дурачком удался!» Нельзя сказать, чтобы венценосный алкаш был совсем не прав: прежний Ники был не просто дурачком, а вполне законченным кретином. Последний блаженный в русской церкви. М-да уж, нынешнего вряд ли канонизируют, хотя… неисповедимы пути Господни… а уж церковные — и подавно…

Утро. Рука сунулась под подушку, где, начиная с той памятной ночи Светланиного визита, лежит себе полеживает миленький короткорылый «бульдожка» бельгийской национальности.

Так, на всякий пожарный…

Ох, как же неохота вылезать из постели. Вот так бы и проваляться до петропавловской пушки, ощущая задницей мягкость перины. Как не так! Сам этот порядок завел…

— Ваше Высочество! — Грохот каблуков и громкие голоса. — Ваше Высочество, извольте подниматься. Биться пожалуйте.

Это Шелихов с Махаевым явились с утречка пораньше.