Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Хорошо, Владимир Иванович. Но я просто уверена, что права.

— Значит, ты тогда спокойно разложишь всё по полочкам. Фармакология в твоём случае — это помощник. Не пойму, чего ты так пугаешься.

— Да голова всё время тяжёлая была, агрессия нарастала, — Аня дёрнула головой.

— Нет, это ты видела всего лишь тихие всплески отголосков твоего стресса. Без таблеток, Аня, всё было бы гораздо хуже.

Попрощавшись с Соболевым, Анна Михайловна сидела в кафе и смотрела, как за окном проходят люди. Впервые в жизни Лисицыной было тошно оттого, что она занимается тем, чем занимается.

Даже после нападения, больницы и длительного периода восстановления Аня не жалела о сделанном выборе, а сегодня ей на душе было слякотно. После разговора с Соболевым в ней всё-таки проклюнулось сомнение, что она надумывает и просто снова гонится за тем, кто уже никогда до неё не доберётся, потому что жизнь его пройдёт и заглохнет в далёком холодном краю, в тюремной камере.

Но сейчас Лисицына подумала, что ей необходимо быть абсолютно уверенной в том, что он за решёткой.

Иначе она никогда не обретёт покой. А это значит, что она проиграла, потому что навсегда останется с одними вопросами в темнице своей души.

* * *Визгликов с Погореловым вышли из электрички, огляделись и, поспрашивав спешащих по домам местных жителей, пошли в сторону скрывающихся во тьме неровных поселковых улиц. Стас поминутно чертыхался, наступая в лужи, невидимые в тусклом свете редких фонарей.

— Такое впечатление, что здесь каменный век, — шипел мужчина.

— Куда нам дальше?

Погорелов пожал плечами и, покрутив головой, произнёс:

— Она сказала, чтобы от станции дошли до дома с красной крышей и дальше вдоль коричневого железного забора."

"Визгликов посмотрел на оперативника с нескрываемым презрением и выдавил из себя:

— Не буди во мне зверя. Ночью все кошки серы, где ты в этой темноте собрался крыши искать и по цвету их отличать? — всплеснул он руками, сделал шаг в сторону и постучал согнутым пальцем по ребристой поверхности забора, тянущегося вдоль грунтовки.

На глухой металлический звук сразу отозвались лаем несколько собак, им ответили собратья в соседних домах, и через секунду хвостатые со всего посёлка дружно орали из-за выходки Визгликова. — Во как работают, — тихо сказал следователь, — не в пример нам. Серёжа, ну не тупи, позвони ты ей.

Через несколько минут Стас и Погорелов добрались до небольшого дворика, внутри которого горели окна дачного дома.