Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Кто-то же должен говорить правду простушкам вроде Кадзуэ, наивно верящим, будто надо лишь постараться как следует — и все получится. Кто-то же должен таких учить. Кадзуэ совсем не знала жизни, и я с удовольствием просвещала ее. И еще хотелось утереть нос папаше, заразившему Кадзуэ своим примитивизмом.

Мицуру направилась к окну, где о чем-то болтали сбившиеся в стайку девчонки, и через минуту она уже смеялась вместе с ними. Мы встретились с ней глазами. Мицуру, ничего не сказав, чуть заметно пожала плечами, что, видимо, должно было означать: «Какой смысл? Все это без толку».

— На Олимпиаду я пока не собираюсь. Хотя почему бы и нет? Мне же всего шестнадцать, так что если тренироваться, не жалея себя…

Я чуть не упала.

— Здравствуйте, приехали! Выходит, если ты сейчас переключишься на теннис и начнешь тренироваться как сумасшедшая, попадешь на Уимблдон? Или поднапряжешься и выиграешь конкурс «Мисс Вселенная»? А может, ты думаешь к концу года выбиться в главные отличницы и Мицуру обштопать? Засядешь за учебники — и готово? Мицуру с седьмого класса лучшая по успеваемости.

Ни разу никому не уступила. Потому что от природы талант. Ты говоришь: «изо всех сил», «не жалея себя»… Да сколько ни пыжься, все равно есть предел. Потому что у тебя таланта нет. Можешь всю жизнь надрываться, пока от тебя пустое место не останется.

Я разошлась не на шутку и не заметила, что перемена подходит к концу. Никак не могла успокоиться после того, как эта компания явилась на меня поглазеть. Это Кадзуэ надо выставлять напоказ, а не меня.

Она проникла туда, куда не следовало, и как ни в чем не бывало делала то, чего не нужно. Но голыми руками ее не возьмешь.

Она стала мне втолковывать, как дурочке:

— Я тебя послушала. Так только слабаки рассуждают. Те, кто никогда не пробовал чего-то добиться. А я не хочу сидеть сложа руки. Может, до Олимпиады и Уимблдона мне и не добраться, но стать лучшей в классе — задача вполне посильная, я думаю. Ты говоришь: Мицуру — гений. Не думаю. Просто она очень много занимается.

Вспоминая разговор в доме Кадзуэ, где порядок устанавливался по школьным стандартам и критериям, я саркастически улыбнулась:

— Ты когда-нибудь видела монстров?

Кадзуэ приподняла бровь и с подозрением взглянула на меня.

— Монстров?

— Ну людей, в которых нет человеческого.

— Ты имеешь в виду — гениев?"

"Я не ответила. Не только гениев. Монстр — это человек с внутренним перекосом, который развивается и перерастает все пределы. Ни слова не говоря, я показала на Мицуру.