Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Тем временем Любимый Ученик продолжал:

— Никто не может запомнить его новое имя — оно не удерживается в людской памяти. И Господин Лянми любезно записывает его для нас, своих Учеников, на бумаге. Эту бумагу мы передаем тому, кто готов провести Старый Обряд. Сам обряд несложен и его может провести любой взрослый человек.

— Для правильного использования Старого обряда нужно лишь знать настоящее имя Господина Лянми, — спросил Хёгу-шангер. — Имя, которое носил тот человек, в которого потом вошел Господин. Так?

— Правильно, — кивнул головой Вал-мё, — Вы поняли все правильно.

— И Вы доверили девочке Его имя? — Чженси покачал головой. — Девочке? Почти ребенку? Это странно и удивительно. Мы должны немедленно Вас покинуть и вернуться в Управление.

Он поднялся и сделал знак сен-шангеру.

— Не стоит спешить!

Любимый Ученик властно взмахнул рукой.

— Вам повезло. Вы удачно забрали у девочки бумагу со старым именем Господина Лянми до того, как Он пришел, — произнес Вал-мё. — Необходимое случилось.

Теперь Шангас при Водоеме на время сменит свое имя. Вы станете Учениками Господина.

— Бумага? — Янни застыл. — Какая бумага?

— Мы забрали у нее бумагу с именем Господина Лянми? Шангас сменит свое имя? — недоуменно повторил Хёгу-шангер. — Во имя святого неба и горных демонов хима-кобэ, что Вы говорите?

— Вы были готовы уплатить любую цену за приход Господина. Цена уплачена и Господин грядет, — мягко произнес Любимый Ученик, — мы, бывшие Ученики, вспомним наше старое имя и уйдем в мир.

Вы, Шангас при Водоеме, смените нас, и будете нести эту высокую ношу. На следующие шестьдесят лет.

Он подошел к окну, посмотрел на плещущихся под струями фонтана уток, и тихо сказал:

— Мы не всегда были Учениками Господина. Пять дюжин лет назад нас знали под именем Хонникс Летящей Лягушки.

Сен-шангер Янни лихорадочно шарил по карманам форменной куртки.

Хёгу-шангер молча смотрел в широкое окно дома Вел-мё. Канджао наступил неожиданно. Не в блеске праздничных огней, не в танцах и пирах, не в ритуалах, проводимых Тидайосу-шангером Тяу-Лин, не в поздравлениях от глав остальных шести дэйзаку.

Он пришел из далекого прошлого, сквозь тысячелетие он пронес с собой запах пыли дорог и тлен смерти, он принес с собой нежданное преображение, спокойное смирение и иную жизнь. Планы жизни унес холодный северный ветер, но сама жизнь осталась. Хоть и совсем иначе, чем желалось.

Как странно.

— Цена уплачена, — повторил Любимый Ученик. — Господин грядет.