Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

От этого спасет только шапка, сплетенная из шерсти кричащего. Вой кричащего запутывается в ней и не дает услышать вопрос, которые приносит ветер.

Если это случится, вряд ли удастся пережить даже одну весну. Я пережил уже две.

3Лед становится все тоньше, знаю, хотя ни разу не был на реке с самой зимы. Я чувствую реку, потому что все время думаю о ней."

"Я споткнулся на тропе знания три года назад, осенью, когда мы солили рыбу на берегу. Складывали рыбу в бочки, посыпали крупной желтой солью и писали на пузатых боках знак долгой жизни.

Дул мокрый ветер, приносящий болезни и вопросы. Работа разогнала мою кровь, и вместо ума в голове остался только пот. Я снял шапку.

«Ты знаешь, что у реки есть тело и кровь, что летом она живет, а зимой умирает, — сказал ветер. — Ты знаешь, что ее кровь — женская, а тело — мужское. Но ты не знаешь, что такое река».

«Что такое река?» — спросил ветер. «Что такое река?» — спросил я у рыбаков, и они отвернулись от меня, плотнее натягивая свои шапки. «Что ты такое?» — спросил я у реки, но ее душу уже унес ветер, и она не смогла мне ответить.

4Загривок отца налился кровью от гнева, когда я сказал, что люблю реку. Я просил отпустить меня к ней, но меня не слушали. Отец нарисовал знак послушания на моей одежде, а мать побежала варить чай. Потом они долго просили духов холмов вразумить меня…

Но я уже третью весну прислушиваюсь к далекому журчанию, пытаясь услышать ответ. Третью весну я умираю от тоски. Третий год не ловлю рыбу летом, не солю ее осенью и не собираю клочья шерсти кричащих зимой.

Люди отворачиваются от меня, боясь, что я проберусь к ним в головы и буду спрашивать о реке. Они рисуют знак защиты на земле, когда видят в окне мое лицо. Я слишком долго живу, мои волосы стали совсем плоскими и шевелятся во сне. Река все равно заберет меня рано или поздно, лучше приду к ней сам.

Но родители не понимают этого. Они ждут, что горькая трава и соль помогут и я забуду вопрос. Днем я тоже надеюсь. Но когда приходят сумерки, понимаю, что река сильнее холмов…

5Черной печалью заливает тело и разъедает кости.

Я понимаю все больше и не знаю только главного. Знаю, что кожа становится скользкой от слез реки, тоскующей обо мне. Знаю, что горечь травы может заглушить горечь незнания и потому ненадолго помогает. Я рисую знаки понимания на стенах, но родители не видят их.

Я пытался украсть ключ, когда отец лег спать, но расшумелся, и он поймал меня. Теперь спит не разуваясь и рисует рядом с кроватью знак против воров.