Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мои впечатления: нечто невнятное, но с претензией на гениальность. Один холст художница испещрила цветными линиями. Очевидно, работала она над картиной после хорошей попойки, потому что линии были проведены дрожащей кистью. Название творения – «Пророки в Отечестве». Надо ли говорить, что ни пророков, ни Отечества в явном виде не наблюдалось.

На другом холсте словно курицы потоптались. Название гласило, что перед зрителем картина «Радость манящая». Ничего радостного я не заметила, хотя, возможно, птицы повеселились от души.

Рядом с картиной висел ценник, я пересчитала нули, и у меня глаза на лоб полезли: почти четыре тысячи евро! Теперь ясно, что за радость имеется в виду: только хронический идиот с улыбкой от уха до уха может позариться на такое убожество!

Не знаю, может быть, кому-нибудь подобные творения кажутся гениальными, и он готов выложить за них уйму денег. Но, на мой взгляд, это самая что ни на есть профанация искусства. У меня есть четкий критерий того, как отличить шедевр от халтуры.

Надо задать себе вопрос: «Смогу ли я сделать то же самое?» Свалить пивные банки в одну кучу – для этого много ума не надо. А ты попробуй, сотвори нечто такое, от чего у меня дыхание перехватит, сердце заколотится и давление подскочит к 200/140 мм. рт. ст. Слабо?

Посетителей в галерее было не густо. Кроме меня по залу слонялся огромный негр в мятой футболке и шортах. Он периодически останавливался около какой-нибудь композиции и цокал языком. При этом невозможно было понять, нравится ему работа или таким образом он выражает свое недовольство.

Администратор зала, молоденькая девчонка с пирсингом в носу, трепалась по телефону и не обращала на нас никого внимания:

– Ой, Наташ, не знаю я ничего насчет отпуска. Возможно, у меня скоро вообще работы не будет. Ну, как почему? Ты ведь знаешь, что галерея принадлежит Леониду Лисовику. Так вот, он хотел ее продать и в самый разгар сделки неожиданно умер. Теперь неизвестно, можем ли мы оставаться в этом здании. Татьяна пытается навести справки, но пока ничего не узнала.

В общем, мы все находимся в подвешенном состоянии…

Так вот оно что – Лисовик собирался продать галерею! Интересно, как к этому отнеслась его первая жена? Наверняка рвала и метала. Это же настоящая катастрофа для творческого человека – потерять возможность выставлять свои произведения. Тем более, если твоих уродцев никуда больше не примут…

– Я могу вам помочь? – нервно обратилась ко мне администратор.