Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Они раздирали нескольких моряков, молчаливыми безвольными куклами мотеляющимися под их когтистыми лапами, вырывающими куски мяса из их тел. Куски моментально исчезали в клювообразной пасти. Медленно и тихо я скрылся в каюте. Попытался разбудить Зерана и Нерала, бесполезно. Где-то я уже видел этих созданий. Вот где? Точно! В книге о мифах, это сирены, они могут быть как русалками, так и птицами. Насылают сон на мужчин, теперь понятны бессмысленные остекленевшие глаза убиваемых матросов. А на меня значит, не подействовало, вот оно как.

Душа то изначально была женской. По-моему я зарвался, что-то и меня в сон клонить начинает. Времени на раздумье уже не остается, хватаю клинки темного и вихрем вылетаю на палубу. Используя свою внезапность, сношу головы сразу двум одновременно и протыкаю горло третей. Остались еще две шипящие на меня твари. Делаю шаг к ним на встречу, они начинают визжать, настолько резко, что становится больно ушам. Морщусь, но закрыть уши не могу, руки заняты клинками. Сосредоточится становиться все труднее.

Падаю на колено, роняя один клинок. Краем глаза вижу радостно бросившуюся ко мне сирену. Вскидываю руку, насаживая на меч мерзкую тварь. Визг прекращается. Оставшаяся сирена растерянно осматривается. По закону подлости, из каюты выбегает взволнованная Лана, со страхом рассматривая кровавую картину пиршества сирен. Видимо, желая отомстить, тварь срывается в сторону девочки. Меняю ипостась, разжигаю вихорь и понимаю, что не успеваю спасти ребенка. Секунда — это так мало.

А ребенок продолжает стоять, босая в развевающей ветром ночнушке, с удивлением смотря на приближающуюся к ней тварь.

Рык, мелькание белого меха вперемешку с перьями, и вот уже в предсмертной агонии бьется птица с зажатой, в пасти пантеры, шеи. Сползаю на пол, дрожащие ноги перестали держать. Я так сильно перепугался за этого ребенка… Состояние слабости, как перед обмороком. Мда… не хило переволновался.

— Ланочка, — шепчу пересохшими от волнения губами. А она уже рядом, уткнулась в меня носом и ревет.

Обнимаю, глажу по голове, успокаивая ее, постепенно приходя в себя.

— Багира, спасибо тебе. Я тебе очень благодарен, — говорю окрепшим голосом. Моя признательность пантере безгранична.

' Семья… детеныш…защита всегда'.

Черт! И почему на глаза наворачиваются слезы. Расслабляюсь.

— Багира, отойди подальше и рыкни посильнее, пусть все проснутся. У меня пока сил встать нет.

О, рык был просто потрясающий, даже корабль, по-моему, тряхнуло.