Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Что ж, Вероника, — сказал он ей на ухо. — О чем ты хотела поговорить?

Она, не торопясь, сделала глоток вина, а потом произнесла реплику, которую отрепетировала утром:

— О, как мне нужно было выпить. Меня уволили.

— Блин, это дерьмово, — он снял кепку и уткнулся носом ей в шею.

— Ага, я официанткой работала. В одном классном баре в Бруклине, называется «Веселая лама».

Он отпрянул и посмотрел на нее:

— Я там иногда бываю.

— Серьезно?

— Ага. Это несколько кварталов от моего дома.

— Странно, — прищурилась она и пододвинулась поближе.

— Боже, постой-ка. Это же ты!

Он нахмурил брови:

— Ну да, я.

— Это ты! — она поставила стакан на липкий стол, повернулась к нему и положила руку ему на колено: — Ты же был в «Веселой ламе» четвертого июля?

Он задумался:

— А, вообще-то да. Откуда ты знаешь?

— Ты же тот парень. Вот это совпадение! — она рассмеялась и похлопала его по колену. — Коллеги просто ушам своим не поверят. Мы столько тебя обсуждали.

У него был удивленный вид:

— Обсуждали? А почему?

— Да ведь это ты разговаривал с той женщиной.

С той Уинни, о которой все говорят.

Фрэнси с удивлением отметила, как правдоподобно он изображает, что не понимает, о чем она.

— Ну, Гвендолин Росс, та актриса, у нее еще ребенка похитили.

— Это когда?

— Ты что, газет не читаешь и телевизор не смотришь?

— Только спортивный канал.

Она не верила своим ушам. Он правда ничего не знал.

— А ты помнишь, что в тот вечер говорил с симпатичной женщиной у бара? А потом вы, кажется, вместе куда-то пропали.

Он наконец что-то сообразил:

— А-а-а, так это у нее ребенка похитили?

— Да, в ту ночь похитили ее сына по имени Мидас.

— Офигеть, я об этом слышал. Девчонки на работе все время про это говорят. Мидас. Как греческий бог, — он поставил пиво на стол и наклонился к ней, смеясь. — Обязательно завтра расскажу ребятам.

— А зачем? — заговорщически спросила Фрэнси. — Что им до этого?

— Это они меня подговорили.

Она посерьезнела:

— Подговорили?

— Ну да, заговорить, подкатить к ней, — он, казалось, растерялся.

— Там на веранде была эта мамская группа.

— Да, помню.

— Ребята сказали, что дадут мне двадцать баксов, если я к одной из них подкачу. Ну, шутки ради, понимаешь. Типа, кто сможет закадрить сексуальную мамашу. Ну, я с ними поспорил, что смогу. Первая меня сразу отшила, я даже не успел предложить ей выпить, но потом была эта самая Уинни. Она была не против, — он ухмыльнулся. — Весьма не против.

Фрэнси отхлебнула из бокала. Она понимала, что нужно притормозить.