Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Смоченными маслом пальцами он провел по нежным створкам под шелковыми черными кудрями, очерчивая спрятанную между ними жемчужину легкими, как перышко, прикосновениями. Потом его пальцы властно заставили ее раскрыться им навстречу, чтобы проскользнуть внутрь.

Средний палец Шона медленно двигался вперед и назад, пока ее стон не подсказал ему, что Эмерелд жаждет большего. Ее лоно стало таким горячим, что ему показалось, будто пальцы охватило пламя. Когда он довел ее до оргазма, его темные глаза ловили каждое содрогание изнемогающего от наслаждения тела.

Шон налил еще масла и начал сначала, теперь с пальцев ног. Растерев ступни, его руки двинулись вверх по ногам, массируя их сильными, плавными движениями. К тому моменту, когда он добрался до ее шелковистых бедер, Эмерелд снова стонала и извивалась от нарастающего внутри нее возбуждения. Пламя камина превратило ее тело в расплавленное золото, и Шон любовался им так долго, как только мог, пока его сопротивление не рухнуло, и его темноволосая голова нырнула вниз, чтобы дразнить ее, чтобы доставить ей удовольствие.

Его язык прыгал и танцевал, лизал, пробовал на вкус, описывал круги и погружался в огненную глубину, пока ее стоны не переросли в крики. Эмерелд лежала перед ним, бесстыдно раскинувшись, с закрытыми глазами, влажная от его щедрой любовной игры. И каждая клеточка ее кожи чувствовала все так остро, что, казалось, стоит ему снова прикоснуться к ней, и она взорвется.

Подняв отяжелевшие веки, женщина увидела, что Шон разделся.

Когда он встал перед ней на колени, обнаженный, ее пальцы жадно устремились вперед, чтобы обхватить его восставший пенис.

— Ты дважды доставил мне удовольствие, почему же ты отказываешь в этом себе? — прошептала она.

— Это ты дважды доставила мне удовольствие, — возразил граф. — Наблюдать за твоим экстазом, понимать, что только я могу довести тебя до исступления, — это невероятно меня возбуждает. — Он перевернул ее на живот и продолжил массаж. Сильные движения его рук по всей спине заставили ее ощутить эластичность собственной кожи.

Его губы легкими поцелуями прошлись по ее позвоночнику. — Ты похожа на теплый атлас. Я столько раз видел тебя в своих эротических снах, красавица. Я видел только спину, но знал, что это ты благодаря твоим роскошным волосам. Я клянусь, что у тебя самая соблазнительная спина на свете.

Пальцы Шона завладели ее ягодицами, скользя между ними, словно в дьявольском ритуале.