Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Не знаю, почему этот тип так тебе нравится. Он опасен.

— Он тебе не нравится потому, что дружит с мамой.

— Мы с твоей мамой в разводе, Аманда. Мне все равно, с кем она дружит, но Миллер перенес физическую и эмоциональную травму, страдает депрессией, склонен к алкоголизму, наркомании и насилию. Он принимает анксиолитики и снотворные — те же лекарства, какими накачали супругов Константе.

— Дед говорит, что такие лекарства принимают многие.

— Почему ты его защищаешь, дочка?

— Из здравого смысла, папа.

Во всех случаях преступник был осторожен и не оставил следов, наверняка покрылся пластиком с головы до ног, вытер все, к чему прикасался, даже то, что прислал по почте, как книгу для Эштона и стеклянного волка для Розен. Думаешь, один и тот же человек стер следы со стрелы и оставил их по всему дому Алана Келлера, даже на стакане с отравленной водой? Это полная чепуха.

— Бывает так, что убийца теряет контроль над собой и начинает оставлять следы, потому что в глубине души хочет, чтобы его остановили.

— Так говорят твои судебные психологи? Райан Миллер умер бы со смеху, услышав такую теорию. До цианида можно дотрагиваться только в резиновых перчатках. Думаешь, Миллер надел их, влил яд, а потом снял и схватился за стакан голыми руками? Что за идиотизм!

— Я еще не знаю, как все произошло, но ты должна обещать, что тотчас же сообщишь мне, если Миллер попытается вступить в контакт с твоей матерью.

— Не проси меня об этом, папа: человека, ни в чем не виновного, могут приговорить к смерти.

— Аманда, я не шучу. У Миллера будет возможность доказать свою невиновность, но в данный момент мы вынуждены считать его очень опасным. Пусть он и не совершал других убийств, в случае Келлера все указывает на него. Ты поняла меня?

— Да, папа.

— Обещай.

— Обещаю.

— Что обещаешь?

— Что предупрежу тебя, если Райан Миллер свяжется с мамой.

— Фигу не показываешь в кармане?

— Нет, папа, я тебя не обманываю.

"Пообещав отцу выдать Райана Миллера, Аманда вовсе не намеревалась сдержать слово: что больше отяготит совесть — нарушить слово или сломать другу жизнь? Из двух зол надо выбирать меньшее. Но чтобы избежать дилеммы, она попросила мать, чтобы та не говорила ей, если «морской волк» вдруг объявится среди ее пациентов или воздыхателей. Индиана уловила что-то в выражении лица дочери, потому что согласилась, не задавая вопросов.