Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Мрачно усмехнувшись себе в зеркале, ответила я, и пошла ловить песика. — Так во дворе и стоит. Как зарплату выдадут так отгоню в сервис.

— Жалко. А что там, не знаешь? У меня сын ремонтом занимается, может ему позвонить? По знакомству дешевле.

На работе я соврала, что моей машины на парковке клиники не видно потому, что она что-то не заводится. А не потому, что я по своей тупости влетела в бэху адвоката, который потом меня едва не трахнул на моей второй работе. Вот бы коллектив удивился. И скорее всего совсем не моей невнимательности на дороге.

— Нет, спасибо, Оксана Владимировна, — я присела у щенка, увлеченно мусолившего косточку. — Сама как-нибудь.

— Ну и зря ты Лена, помощь ни от кого не принимаешь. — Вздохнула женщина, откидывая черную косу за плечи. — Ладно люди. Но мы же ветеринары. Мы своих всегда выручаем.

Я усмехнулась и подняв поводок с пола, пращавшись, мягко потянула в сторону выхода. Щенок на удивление быстро сориентировался и даже неуверенно махнул хвостом, выходя со мной на крыльцо, медленно погружавшееся в ранние вечерние сумерки.

Ну, значит к поводку тоже приучен. Уже неплохо.

Сбежав по крыльцу вниз, щенок терпеливо дожидался, пока я, ежась на холодном ветру, спущусь вслед за ним, застегивая куртку.

До общаги дошли достаточно быстро, к моей радости щенок выдавил из себя все физиологические отправления, на которые был способен, а значит до утра можно спать спокойно.

Перебежав по пешеходному переходу оживленную трассу, мы с щенком направились к моему подъезду и почти дошли до него когда за спиной прозвучал мучительно знакомый голос:

— Привет.

Я резко обернулась. Антон выходил из своей машины, припаркованный в паре метров от входа в в подъезд. Его взгляд скользнул по моему смелому защитнику, спрятавшемуся за мои ноги и храбро оттуда тявкнувшему. Антон насмешливо посмотрел на моего питомца.

— О, привет, жертва Бухенвальда. Надо к тебе кирпич привязать, а то ветром шатает, того и гляди унесет. — Дружелюбно сказал он моему питомцу, и снова посмотрел на меня, при это глаза его лукаво блеснули.

— Скажи, у тебя как дела с совестью? Я уже вторую неделю с разбитым бампером езжу.

Скривившись, я потянула за собой образец собачьей доблести, быстро засеменивший рядом с моими ногами и пугливо оглядывающийся на белобрысого. Мы подошли к заднему бамперу белоснежной БМВ Антона. Целый. Вообще намека нет на трещину. Я, скептично приподняв бровь, вопросительно посмотрела на ничуть не смущенного ублюдского адвоката.

— Ну, хорошо-хорошо.