Name: Императрица Ольга
Author: Александр Борисович Михайловский

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

И все; в следующий раз Кенигсберг и Берлин мы брали уже в сорок пятом году двадцатого века. Единственная императрица, которая, кроме военных побед, добивалась политических успехов, была Екатерина Великая и то только потому, что воевали за нее генералы и адмиралы, которые разбирались в этом деле гораздо лучше своей императрицы, а она закрепляла их успех дипломатическими демаршами…

– Так значит, – после маленького глотка, сказал Михаил, – мы с тобой должны воевать, а сестрица – добиваться наилучших результатов от наших побед? Тоже скажу тебе, Александр Владимирович, вполне недурственная идея…

Я тоже пригубил коньяку и ответил:

– Ну почему только мы вдвоем, Миша? Есть еще на Руси таланты, определенно есть.

Из готовых генералов-адмиралов на данный момент это Кондратенко, Брусилов, Макаров, Иессен и известный вам уже безумный храбрец генерал Келлер. Во втором эшелоне, в чинах от полковника до капитана у нас еще один Келлер, двоюродный брат первого, Маннергейм, Деникин, фон Эссен, Эбергард… и это только верхушка айсберга.

Сколько их еще в нашей истории: погибших на полях Манчжурии, спившихся после поражения, сгинувших безвестно в круговерти первой русской революции, с нашей легкой руки по-прежнему продолжают стоять в строю… А вот задача найти среди этих неизвестных нам с тобой людей еще никому неизвестные таланты, будет посложнее, чем открыть зеленую улицу тем, которые и так, безо всякой нашей помощи, сумели выбиться в дамки…

– И это тоже верно, – подтвердил Михаил, – в этой войне из целой кучи генералов дельных оказалось всего ничего.

Старики Штакельберг и Линевич, Кондратенко и Келлер. И все. И если из Куропаткина еще можно было сделать начальника тыла, то остальные годились только для мирного времени, а как началась война, так сразу выяснилось, что генералов в России много, а воевать-то и некому. Насколько я понимаю, в начале следующей войны с германцами было то же самое.

– Как и в начале послеследующей, – подтвердил я, – той самой, которую у нас называли Великой Отечественной.

Генералов много; девяносто процентов из них перезрелые поручики, которым в лучшем случае командовать ротой, если не взводом. В этом у нас, однако, между различными войнами имеется общая закономерность."

"– Э нет, – покачал головой Михаил, – я ведь вашу историю не только по приключенческим книжкам изучал. У вашей Великой Отечественной с другими войнами есть одна большая и толстая разница.