Name: Империя
Author: Роман Валерьевич Злотников

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он сунул руку в карман и извлек российский паспорт общегражданского образца:

— Договор и документы оформите на мое имя.

Менеджер вскинул брови:

— Вот как? Ну что ж, отлично.

Он быстро поднялся, в мгновение ока оказался за дверью кабинета и рысцой подбежал к Танечке, уже натянувшей свою модную короткую шубку:

— Отпечатай договор по дому на Крымской. Моментом!

Танечка удивленно на него посмотрела и дернула подбородком в сторону двери:

— А он его хоть видел? А то потом разборки пойдут…

— Видел-видел, и вообще — не твое дело.

Давай в темпе."

"Танечка сморщила лобик, но, заметив, что начальник уж очень серьезен, молча уселась за компьютер. Менеджер нервно потер лицо. Он и сам не до конца понимал, с чего это он так разнервничался. Вроде как еще минуту назад сидел и прикидывал, как будет загребать хорошие деньги, а сейчас хочется только одного — поскорее завершить все формальности и спровадить гостя за дверь. И больше — никаких дел с этим гребаным Фондом. Впрочем, сегодняшним днем все, естественно, не кончится.

Прежде чем договор о купле-продаже вступит в законную силу, предстоит еще немало повозиться. Но это потом, а сейчас вот вам, молодой человек, в зубы ваш особнячок — и адью. А всю остальную работу пусть делают младшие агенты.

— Ну, долго ты?

— Да что вы нервничаете — все готово. — Танечка обиженно надула губки. Но ее старания показать, как она обижена, пропали втуне. Менеджер схватил еще теплые после «Хьюлетта» листки договора и рысью унесся в кабинет…

Спустя десять минут молодой человек вышел из дверей агентства и, отворив заднюю дверцу подкатившей к нему «волги» с тонированными стеклами, проскользнул внутрь не очень просторного салона.

Усевшись, он несколько мгновений молча смотрел в одну точку, потом негромко приказал водителю:

— Поехали.

Машина тронулась. Когда они выехали на Садовое, водитель, поглядев в зеркало заднего вида, спросил:

— Ну и как все прошло?

Молодой человек поморщился.

— Не ахти. Я все время забывал, что мне только двадцать два и что я еще плохо знаю русский язык.

— Он вздохнул. — А впрочем, как они говорят, первый блин комом. Тем более что ничего уже не изменишь. Как когда-то сказал один мой старый приятель, перейдя одну узкую итальянскую речку, — жребий брошен.

— Ты начал говорить пословицами… Дмитрий. Это значит — ты нервничаешь. Успокойся. У нас все получится.

Юноша откинул голову на подголовник и устало произнес:

— Знаю.

И «волга», шелестя шинами, выскочила на Ленинский проспект.