Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Даже то, чего не знаешь!

— Какая неприятная баба! — с сердцем сказал Лурк, и так же убежденно добавил — Да с такой противной ни один мужик не уживется! Лучше повеситься, чем с такой жить!

— Как видишь — кое-кто уживается… — со вздохом протянул седой, и его тут же оборвала Тенга:

— Поговори еще! Разговорился, старый мерзавец! Палкой побью!

— Не старше ее, между прочим! — снова вздохнул седой, и сунув руку в карман достал какой-то пакетик. Сунул в рот его содержимое, меланхолично задвигал челюстью, наблюдая за происходящим.

И было в его взгляде что-то такое, что заставляло крепко подумать — а вообще-то, нужна кому-либо эта самая семейная жизнь?

Тенга напала неожиданно — вот только что она стояла, огрызаясь на своего то ли мужа, то ли наложника-раба, и вот она уже на расстоянии удара, и клинок опускается ровно туда, где только что была ключица Сергея.

Он ожидал чего-то подобного, в момент, Тенга прыгнула и нанесла с ее точки зрения смертельный, неотразимый удар — просто отшатнулся назад, и когда меч противницы пролетал мимо, добавил по нему сбоку и сверху, стараясь ударить по плоскости меча.

Меч Тенги жалобно загудел от подлого бокового удара, но выдержал и даже остался в руках своей хозяйки, зажавшей левой рукой кровоточащее горло.

Острейший меч, изготовленный в недрах звездолета, оставил на мече Тенги небольшую зарубку — даже не зарубку, а что-то вроде царапины. Потом обратным, быстрее молнии движением по дуге метнулся вверх, наискосок срезая фалангу большого пальца воительницы и кончиком клинка вспорол ей сонную артерию, через которую сейчас бурно, толчками вылетала кровь.

А следом за ней — душа.

Сергей помнил старый ""самурайский"" фильм, где два самурая решали в поединке, кто из них круче. Вначале использовали деревянные палки, долженствующие изображать мечи. А когда проигравший не согласился со своим проигрышем, взялись за мечи настоящие. И весь бой продлился несколько секунд — стойка одна, стойка другая, короткая пробежка — дзынь, шлеп!

Проигравший с надрубленной шеей падает на землю.

Все! Никаких там ""руку за спину, встали в позицию, господа!"" Дзинь-шлеп — ""уноси готовенького!"" Так происходит настоящий бой. И так он произошел."

"Если бы Тенга не была самоуверенна, если бы она на самом деле не считала себя (и справедливо!) большим мастером меча — все могло бы продолжаться подольше.