Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

(2) Существует версия, что именно М. И. Платову принадлежит инициатива ввести в казачью форму лампасы.

Глава 11

Солнце заливало золотом роскошные дворики летней резиденции эмира Бухары. Я проснулся не от привычного крика дежурного, не от ржания лошадей или приказов урядников, а от пронзительного, совсем не царственного визга павлина, что важно расхаживал по галерее, веером распуская радужный хвост. Этот крик, похожий на скрип телеги или кошачье мяуканье, создавал странный аккорд, сливаясь с тихим журчанием фонтана, что бил прозрачными струями посреди внутреннего двора стоявшего неподалеку гарема.

Я лежал на мягкой кошме, укрывшись тонким шелковым одеялом, и смотрел на узорчатые росписи потолка, где золотые листья переплетались с синими цветами. В воздухе витало благоухание апельсиновых деревьев и роз, смешанное с тонким ароматом благовоний. По сравнению с полевыми стоянками и лагерями — это был просто рай.

Встав, начал одеваться. Утренней зарядки сегодня не было — сотне перед сложным походом полагался законный отдых.

Да и мне тоже. Накинув тонкий прохладный шелковый халат, босой, я подошел к большому зеркалу. Мои щеки, покрытые загаром и огрубевшие от степных ветров, заметно лоснились. Не от вчерашнего необычного бухарско-еврейского плова в мешочек — ум отъешь, какая вкуснотища! Нет, я еще не успел набрать вес, после того как хорошо прокачал тело ежедневными тренировками и суровым походным бытом, немного лишнего мяса на костях мне бы не повредило. Морда лица блестела от утреннего пота.

Жара, хоть и утро, уже стояла невыносимая. Но я не жаловался — я кайфовал. В молодом теле, посреди восточной роскоши, в расшитым золотом халате от эмира. Если это сон, пусть он длится как можно дольше. Увы, скоро все закончится: меня ждали холодные перевалы Саланга — место, куда я хотел бы попасть в последнюю очередь, да еще и свою сотню за компанию туда притащить.

«Нужно ребятам напомнить, чтобы проверили бурки и войлочные подстилки», — сделал я себе зарубку в памяти.

Прошелся босиком по прохладному полу — глинобитному, но ровному как стекло, очень приятно охлаждающему стопы и исполненному мастерски — ни трещин, ни сколов.

Я коренным образом пересмотрел свое отношение к земляным полам."

"Потянулся. Все тело отзывалось приятной силой, но без той привычной ломоты, которая возникает в спине после недели в седле.

Выглянул в комнату, названную мной столовой. Там Марьяна и Зара, уже хлопотали у низкого столика, накрытого тонкими тканями.