Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Воржева, стоять!

Подняла горящие гневом глаза, замечая боковым зрением стоящего у окна Кирилла. Зверь скосил на меня глаза, прожигая взглядом, и я с трудом подавила желание огрызнуться. Смотрит на меня уже прямо как на свою собственность!

Внутри поднималась буря неконтролируемого негодования. Я им что всем, вещь?!

— Может, еще сидеть, лапу и голос?! — рявкнула я."

"— Воржева… — побагровел Зул Вальдемарович. — А ну марш в комнату отдыха! И ждать меня!

Откуда во мне взыграло столько противоречий — понятия не имела.

Еще вчера повысить голос на Магистра для меня было чем-то запредельным. Но, наверное, когда ты в один день превращаешься в жертвенного агнца, нужно вовремя разбудить в себе более лютого зверя…

Ни в какую комнату отдыха я не пошла. «Предмет договора»… У меня все сжималось внутри от брезгливости. Ни разу не слышала о том, чтобы ведов продавали в рабство зверям и делали «предметом»! Надо было выбираться…

Запрыгнув в такси, я помчалась домой. Сбросив с себя офисные шмотки, я запрыгнула в молодежные: теплый пуховик, штаны, шапка-носок, распущенные волосы из-под нее.

Собрала в рюкзак все необходимое — минимум белья, россыпь амулетов, лекарства, документы и деньги, и кинулась прочь из дома.

Северный округ — не единственный. Пусть здесь все пути к справедливости мне отрезали, но есть же другие! Тот же южный… До него быстрее всего будет добраться. Уже в метро я подумала, что лучше будет воспользоваться поездом. Пусть медленнее, но затеряться проще, ведь железнодорожных вокзалов в Питере несколько.

Я брела по зимним улицам северной столицы и чувствовала себя бездомной. В один день вся моя жизнь покатилась зверю под хвост! И Валере не позвонить — единственной родственной душе! Он с ума сойдет от волнений!

Усевшись в уличное кафе погреться и перекусить, я озаботилась поисками ближайшего по времени билета до Краснодара, а оттуда — уже на автобусах буду добираться в горную часть Карачаево-Черкессии. Я видела представителей южного округа на ежегодных встречах в Москве.

На первый взгляд они были более… замкнуты, что ли. Выглядели старомодно, сдержанно, общались просто и дружелюбно. Это и вселяло в меня надежду. Главное — добраться. А там, я думаю, история о «торговле живыми «предметами договора» их заинтересует.

Я вытряхнула из варежки связку камешков-артефактов и, попереберав их, выбрала нужный. Камешек булькнул в чай и с приглушенным стуком лег на дно чашки. Эти артефакты сбивали мой «сигнал» — энергетический след.