Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Но что произойдет, если пассивное полушарие будет наблюдать, как активное успешно выполняет задание, но подкрепления не получает? Сможет ли оно и тогда выучиться? В конце концов, если влияние работающей нормативной системы распространяется на все области, то оба полушария должны отреагировать на связь положительного подкрепления с таким выбором стимула, который стабильно приводит тренированное полушарие к верному решению.

Результаты вновь нас поразили. Мало того, что необученное полушарие не проявило никаких признаков осведомленности о выгоде правильных стимулов, – оно еще и пыталось помешать выбору тренированного полушария[101].

Как будто зверь пытается отобрать еду у конкурента. Внове оказалась и эмоциональная окрашенность информации, влияющей на нормативные процессы, – это напоминало игру в “горячо-холодно”.

Яркий пример этого явления мы видели несколькими годами раньше, в Санта-Барбаре, когда занимались случаем Н. Г. В том эксперименте ставилась задача научить левое и правое полушария без подсказок выбирать, скажем, цифру 1, которую показывали вместе с нулем.

На первом этапе подкрепление получало только левое полушарие – после правильного или ошибочного ответа вспыхивало слово “верно” или “неверно”. Когда мы провели такой опыт, левое полушарие пациентки легко усвоило материал, но поскольку обратную связь давали только ему, без какой-либо утечки информации, правое полушарие не тренировалось. Короче говоря, правое полушарие, видимо, не получало от левого ни малейших намеков на то, когда какой сигнал загорается, поэтому выбирало наугад.

На втором этапе, когда правое полушарие промахнулось, я слегка отчитал пациентку за элементарную ошибку. Она смутилась и покраснела. Эмоции генерируются в отделах мозга, которые при операции не разобщаются, следовательно, о них осведомлены оба полушария. Спровоцированное моими упреками смущение послужило сигналом отрицательной обратной связи для правого полушария. После этого оно быстро всему выучилось в обычном режиме. Однако, и это удивительно, правое полушарие тренировалось делать одно, а левое полушарие думало, что совсем другое.

Таким образом, когда после эксперимента я спросил пациентку, как она выбирала ответы, она (ее левое полушарие) сказала, что искала единицу. Но на самом деле ее правое полушарие научилось не выбирать ноль. Опять-таки ее левое полушарие не знало, чему выучилось правое, в то время как правое справилось с задачей благодаря возникшему на этапе тренировки смущению, послужившему подсказкой[102].