Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Когда он замечал что-нибудь интересное, он знал, как это подчеркнуть и развить. Иными словами, он обладал чутьем на важное в потоке рутины.

Вообще, те из нас, кто провел жизнь в науке, руководя крупными лабораториями, удивляются, как же это все работает. Вне всякого сомнения, не за счет того, что заведующий лабораторией изо дня в день раздает новые указания. Лаборатории годами могут существовать, добросовестно занимаясь “обычной” наукой. Бывают бесплодные времена, застойные месяцы, периоды без финансирования. Однако порой – иногда по счастливой случайности, иногда в результате эксперимента, запланированного для проверки гипотезы, – появляется и “выстреливает” что-то интересное.

Обыденность моментально уступает место радости и воодушевлению.

Помню, как Джордж Миллер, именитый психолог, сказал мне: “Все хотят думать, что наука продвигается вперед за счет четких гипотез. Она действительно продвигается вперед, но обычно за счет того, на что наткнулись случайно”. Правда, в таких случаях быстро сочиняется история, как мы логически пришли к нашим результатам, что поддерживает миф.

Наука прекрасна, но ученые – люди, и они, как и все остальные, любят приукрасить.

Тем не менее поддержание работы всей лаборатории – ключевое условие для планомерного и целенаправленного проведения исследований. Молодые ученые приходят и уходят. Они вносят свой вклад в часть истории и в обмен на это получают поддержку заведующего лабораторией на протяжении всей своей карьеры. Это стандартный расклад. Студенты обычно продолжают работать над тем аспектом задачи, к которому они приложили руку, и за счет множества таких мелких проектов в конечном счете и случаются научные прорывы.

Даже неспешно развивающиеся отрасли науки могут расти таким образом.

Успешные лаборатории лидируют благодаря наличию по-настоящему умных студентов и постдоков. Конечно, умники – не единственная составляющая успеха. Все интеллектуально развиты, но некоторые студенты еще и энергичны и хорошо работают руками. Сочетание трудно прогнозируемых характеристик и удачи – как у меня, когда я ворвался в бурную лабораторную жизнь, – приводит к успешной карьере в науке.

"Если вспомнить мое лето в Калтехе перед окончанием колледжа, встреча со Сперри в его офисе в Керкхофф-холле стала первой из множества встреч с “боссом”. Его научная репутация была, как я уже сказал, исключительно высока. Он был интеллектуальным лидером своего времени во всем, начиная с развития нервной системы и заканчивая психобиологией животных.