Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Посмотри, говорила она: уже два человека убиты, стечение обстоятельств? Нет, моя дорогая, беспомощность городских властей! Не умеют работать, и нечего сваливать на обстоятельства. Она была в этом полностью убеждена. Однако, Лидочка тоже не собиралась сдаваться. Под сомнение ставилась честь Харитона, тут нельзя было отступать. И, наверное, возникло бы нечто вроде скандала, потому пошло на принцип: кто все-таки прав – чрезвычайно разгорячились и говорили повышенными тонами, но тут Ветка опять разложила им по розеткам толстенный «наполеон», долила крепкий кофе и, разделив остатки «Твиши», предложила, показывая, что дальнейшая дискуссия неуместна:

– Девочки, давайте выпьем за нас.

Все-таки хорошо, что мы пока еще вместе.

В результате конфликт был погашен без осложнений. Танька с Лидочкой чокнулись, презрев разногласия, и, прожевывая мякоть торта, без какой-либо логики объединились на общей платформе. Лидочка поругивала Харитона за то, что не разрешает уехать – дескать, мэр, его семья должна быть примером, а Татьяна – за то, что не дают хотя бы неделю в отгул: раз работаешь в горсовете, изволь соблюдать дисциплину.

Горсовет считает, что обстановка нормальная. Тем не менее, неприятное что-то в атмосфере осталось. Ссора, может быть, и не ссора, а некий неуловимый оттенок. Это чувствовалось, и Ветка, обтерев губы, сказала:

– Но вы, девочки, не беспокойтесь, Сережа вас развезет. Развезет и посмотрит, чтобы с вами ничего не случилось. Сидите, сколько хотите.

Сергей кивнул.

– Н-да, история…

У него в мелком тике задергалось веко. Потому что обнаружили прошлой ночью не куклу, – обнаружили «заместителя», как это теперь называлось. И не просто какого-нибудь, а того, что был изготовлен Дрюней. Значит, «заместитель» растерзан, теперь они беззащитны. Он смотрел на сгущающуюся за окнами темноту – солнце село, деревья в саду казались купами мрака – и буквально всем сердцем угадывал пробуждающуюся силу полуночи. Тьма неукоснительно надвигалась. Наступало время расплаты.

Он не знал, откуда именно будет нанесен новый удар, но он чувствовал, что такой удар последует непременно. Завтра, или, быть может, сегодня, сейчас. И поэтому когда Лидочка вместе с Татьяной все-таки начали собираться, то в отличие от Виктории он не стал уговаривать их еще посидеть, а, поднявшись, прошел к чуланчику, в котором хранились разные инструменты, и, ни слова не говоря, прихватил небольшой удобный топорик, блеснувший металлическим лезвием.