Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Спустя несколько минут открылась страшная картина…

Три дня, прошло целых три дня после того, как буря закончилась, и только сейчас мы закончили откапываться, и поставили крест на братской могиле. Всего за время бури замерзли насмерть шестнадцать человек, в основном пострадали те, чей шалаш не выдержал сильного порыва ветра, часть из них тогда сумела на сумасшедшем ветру перейти к соседнему укрытию, но многим не повезло. Практически половину лошадей потеряли. На этом трудном пути образовалось целое лошадиное кладбище из замерзших туш животных и менее удачливых чем мы путников.

Страшно, глядя на эту картину задумываешься о том, как же человек мал и слаб, и природа своею волею может в любой момент ему это доказать. Слава богу, Тихон Евстигнеевич остался жив. Правда обморожения получили практически все, в том числе и он. И сейчас как можно скорее нужно добраться до Тюмени, чтобы начать лечение пострадавших.

Проблема была в наличии пригодных для работы лошадей, ведь почти половину потеряли, и теперь у оставшихся в живых стоял вопрос, что делать с товаром.

Все увезти не получиться точно, да и пострадавших много, поэтому придется часть добра бросить. Нашлись среди купцов и двое, что ни в какую не хотели расставаться со своим товаром, по принципу «моя хата с краю». Дошло даже то потасовки, и было недалеко от кровопролития, но в последний момент как-то удалось договориться. Вроде как у этих купцов обязались выкупить все, что пришлось бросить.

В общем с горем пополам наш сильно уменьшившийся караван двинулся на Тюмень.

Путь был сложный, еще четыре лошади пали, пришлось снова заниматься перегрузкой. В нашем фургоне устроили своеобразный лазарет, и по очереди отогревали самых пострадавших.

В городе нас ждала интересная новость, оказывается от Екатеринбурга до Тюмени, запустили железнодорожную ветку еще в конце 1885 года. Не знаю, почему с кем бы я ни говорил ранее, когда планировали наш путь, об этой ветке никто был ни слухом, ни духом. Новость была интересная, но не очень важная для нас на этом этапе.

Оказалось, что уже месяц как дорога не работает. Произошло обрушение моста через одну из многочисленных речушек, и теперь воспользоваться чугункой нет никакой возможности."

"— Никита, похоже на этом наш общий путь и закончиться. Не смогу я с вами до Екатеринбурга дойти, вон почитай всех лечить нужно. Так что мы в Тюмени крепко застрянем, — сказал Тихон на привале.

— Что поделать, Тихон Евстигнеевич, как Бог даст.