Name: Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)
Author: Александр Алексеевич Иванов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вот оно что! Так вот почему Директрисса так запросто согласилась с моей просьбой о компенсации, в виде частичного изменения повседневной формы. Я, когда просил об этом, ожидал, если честно, что откажут. Но Директриссе, похоже, не до того было, у нее сейчас, не без моей скромной помощи, «черный день» настал в карьере, так что, вполне допускаю, она вообще разрешила то, что разрешила — на автомате, даже не поразмыслив над моей просьбой, как следует. Но слово, как говорится, не воробей.

— Ясно, — ответил я, отставив пустую тарелку в сторону и, принимаясь за «второе», — но ее не снимут.

По крайней мере — сегодня.

После обеда, выслушав пожелание удачи чуть ли не ото всех «особых классов», я, в сопровождении воспитателя, отправился защищать свой результат.

Меня привели во все ту же большую классную аудиторию, в которой проходила Олимпиада, только на сей раз, все приготовления были сделаны лишь для меня одного. В аудитории было полно народу. Тут были и представители школьной администрации, во главе с Директриссой, а также учителя.

Здесь же присутствовали Глава Совета Старшеклассниц и ведущая внутришкольного сетевого радио. Плюс, небольшая толпа представителей департамента образования. Кое-кого из них я уже видел на Олимпиаде, но были и новые лица.

Поздоровавшись со всеми, сел на подготовленное для меня место.

— Кайа, — обратилась ко мне Директрисса, явно нервничающая, но всеми силами стараясь не подать вида, — это Ольга Васильевна, она отвечает за все образование в Москве и она изъявила желание лично контролировать решение тобою математических задач.

— Здравствуйте, — поздоровался я.

— Здравствуй, — ответила мне та и уселась за парту рядом со мной.

Ольге Васильевне было около семидесяти лет, роста она была невысокого и имела нездоровую худобу. Эта пожилая женщина мне сразу категорически не понравилась, возможно, из-за выражения ее лица, типично чиновничьего, с каким она привыкла разговаривать, через губу, с людьми, стоящими ниже ее по карьерной и социальной лестнице. Хотя, ко мне это не относилось, со мной она держалось нарочито вежливо.

Таких чиновников, к сожалению, можно найти повсюду.

— Ты не против, — задала она мне, ровным голосом, риторический вопрос, — если я посижу тут и посмотрю, как ты будешь решать задачи?

— Пожалуйста, — ответил я.

Если подумать, то для чего главному чину Москвы от Образования присутствовать лично на подобном мероприятии?

Не иначе, как Директриссу хотят «подсидеть», используя мою ситуацию, как предлог.