Name: Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)
Author: Александр Алексеевич Иванов

Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— А то, что если, к примеру, вы станете следующим Главой этой Семьи, то я уверенна, что меня вновь ожидают трудные времена… — ответил я, но меня перебил «дед»:"

"— Предусмотрительно с твоей стороны подумать о такой возможности, — хмыкнул он, — в своей «последней воле», я дам указания, относительно твоей дальнейшей судьбы и если я «уйду» раньше тебя, никто из моих детей, кто бы из них в будущем не возглавил Семью, не посмеет ослушаться моего наказа! Надеюсь, более возражений у тебя нет? Судя по тому, что я от тебя услышал, ты очень разумная барышня, не смотря на свой юный возраст, так что, я ожидаю от тебя, в будущем, разумных действий, которые обеспечат нашей Семье процветание и в дальнейшем!

Это был явный конец разговора на эту тему.

В глазах этого старого человека, что бы он там ни говорил, ценность Кайи — очень незначительна, с ней он может поступить, как ему заблагорассудится.

А что самое ужасное, никто ему не станет возражать — круговая порука «правящего сословия».

Всю ценность Великой Октябрьской Социалистической Революции для русского человека, освободившую его от гнета «классовости» и «сословности», уравнявшую всех людей в правах, возможно оценить лишь только в подобном мире, в котором ее не случалось.

Тоталитаризм, настоящий тоталитаризм — это не диктатура государства над гражданином, нет, это диктатура одного «класса» или «сословия» — над всеми остальными и практически полная безнаказанность для уважаемых членов этого «правящего сословия».

Для меня это стало очевидным, лишь только теперь.

Несмотря на то, что в своей прошлой жизни я много лет прожил «за бугром», мне всегда была интересна политическая жизнь России и за ней я пристально следил.

И меня всегда забавляли, а сейчас — много сильнее, представители российского, так называемого, «либерализма», которые вопили, где только могли, об ужасах советского и теперь уже российского тоталитаризма и о «несвободе». Взять бы их всех, да поместить в мою нынешнюю шкуру! Я бы с удовольствием посмотрел на то, как скоро они начали бы призывать на помощь ненавистных им Владимира Ильича с Иосифом Виссарионовичем, дабы те навели бы, и поскорее! порядок в этом «сословном» гадюшнике!

— Кстати говоря, — начал я, — бабушка, ты помнишь, я рассказывала тебе про тот случай с некой литературой, который приключился со мной в Пансионе?

— Разве я не велела тебе о нем забыть? — недовольно ответила, поставив чашку с чаем на стол, та.