Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Представляйся другим именем, — даёт наставление, когда мы выходим из номера.

— Миленой? Или может Арианой? — это вырывается настолько неожиданно для меня самой, что я на мгновение замираю в страхе, что получу сейчас очередную пощёчину.

— Долго ждать не пришлось, — бросает презренно, ссылаясь на наш последний диалог.

— Да, имя красивое, — решаю, что дожму с эти решением, не сдамся. Хочу доказать самой себе, что не боюсь противостоять ему."

"Оказавшись в большом холле с высокими потолками, я замечаю Ратмира и Эрика, которые, как и всегда, следят за всем происходящим под другим углом.

Роланд проводит меня в центр событий, захватив мне с подноса официанта бокал шампанского.

Мы подходим к двум парам среднего возраста. Заметив Ханукаева, у женщин загораются глаза и они с особым интересом начинают его разглядывать, будто и нет рядом с ним меня, а рядом с ними их партнеров, с которыми они стоят под ручку. Мне знаком их взгляд, и я чувствую, как чувство собственности подступается к горлу и пытается вырваться наружу нецензурными словами.

Роланд приветствует всех, и, когда решает представить меня, я его перебиваю, назвавшись Арианой. В его глазах вспыхивает пламя ненависти, он готов сжечь меня прям здесь и сейчас, но из последних сил держит себя в руках, а я, презренно улыбнувшись ему, отвожу взгляд на мужчин и начинаю заигрывать с ними, получая удовольствие от того, как начинают вставать на дыбы дамочки, которые только что пытались сделать тоже самое с ""моим"" мужчиной.

Простояв с ними минут пять, мы прощаемся и отходим. Я решаю ""оторваться"" от него и пройти к шведскому столу, чтобы слегка перекусить. Он спокойно отпускает меня, видимо, решив, что ему необходимо перевести дыхание, дабы не убить меня, после содеянного мною. А у меня почему-то от своей глупой пакости настроение становится все лучше и лучше.

Краем глаз вижу надвигающийся ко мне знакомый мужской силуэт. Быстро прокрутив в голове, где же мы могли встречаться, вспоминаю Вашингтон и театр.

Тот самый мужчина, ставший стартом в наших ""отношениях"" с Роландом.

— А я то думал, с вами что-то случилось, — обращается ко мне без всяких церемоний.

— С чего бы? — приподнимаю бровь, медленно закусывая небольшой десерт.

— Не видел других причин, почему вы мне не набрали, — улыбается, обнажая свою кристально белую улыбку. — Как вас зовут? Забыл.

— Раз у вас такая плохая память, называйте меня любым именем.

— Не обижайтесь.