Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Вот, здесь всё только и начинается…

Видимо, дух невинно убиенной Анхелины так и не нашёл покоя, до сих пор бродит по городку да и вмешивается беспардонно в дела любовные.

Когда, например, мужчина неискренен или намерения имеет нечестные, то тут же раздаётся негромкий хлопок, и виновник впадает в летаргический сон.

Каждый раз всё происходит по-разному: кто-то десять минут спит, кто-то месяц, видимо – в зависимости от степени нечестности.

Впрочем, с женщинами и девушками, которые цветок без должных на то оснований – то есть, без любви настоящей – принимают, то же самое происходит.

"Бывает, что и оба засыпают. Одна пара полгода проспала, потом несостоявшиеся супруги одновременно проснулись, встретились, поглядели друг другу в глаза и рассмеялись. А сейчас ничего – друзья закадычные…

Ещё бывает, что когда девушка в свои волосы жёлтую розу, принесённую кавалером, втыкает – над Сан-Анхелино, вдруг, загорается яркая радуга.

Это означает, что всё хорошо, и Святая Анхелина данный брак благословляет.

Правда, красивая легенда?

– Очень красивая! – подтвердила Айна, украдкой смахнув со щеки крохотную слезинку.

Негромко прозвенел старинный колокольчик. Узенькая входная дверь распахнулась, и в pulperia вошёл новый посетитель весьма примечательной наружности: роста среднего, толст, широк и неповоротлив, одет в поношенный сюртук старинного фасона, рыжая лопата-борода, в мочке левого уха – массивная серебреная серьга с жёлтым камнем, на боку – огромный тесак непонятного предназначения, на голове – классическая пиратская треуголка.

Лет обладателю рыжей бороды было, пожалуй, шестьдесят с небольшим, но его карие глаза сверкали молодо и ярко, что говорило об увлекающейся и романтичной натуре вошедшего.

Незнакомец, стряхнув на пороге дорожную пыль со своей одежды, сразу направился к столику, за которым располагались Ник и его товарищи, медленно, с чувством собственного достоинства, стащил с головы треуголку, обнажив обширную лысину, покрытую редкими рыжими волосинками, и негромко представился:

– Зорго, капитан карибской шхуны «Услада Ветров».

Вернее, уже бывший капитан, так как два года тому назад передал все дела своему племяннику Диего. Сейчас я – обыкновенный береговой бездельник.

Вежливый Банкин тут же вскочил на ноги, крепко пожал рыжебородому руку и любезно заверил:

– Что вы, сеньор Зорго, капитан – это пожизненное звание.