Катарсис. Том 1 читать онлайн

Так чем я могу вам помочь?

Крутов вдруг почувствовал какое-то странное облегчение, будто внутри него лопнул психологический нарыв.

— Маша… могу я так вас называть?

— Можете, — усмехнулась Мария.

— Может быть, мы перейдем на «ты»?

Недоверчивый и полунасмешливый взгляд с «рычанием пантеры», легкая улыбка.

— Почему бы и нет?

— Есть одно задание… если, конечно, у вас нет других дел.

— Дела подождут.

— Необходимо съездить в Осташков, найти там моего товарища Панкрата Воробьева, потом слетать на Алтай, в Бийск, и отыскать Ираклия Федотова.

Пусть или свяжутся со мной, или приедут в Ветлугу.

— А если они не захотят?

— Они захотят. В крайнем случае убедите их…

— Убеди. Мы ведь перешли на «ты»?

— Убеди их приехать, Маша. Это крайне важно для дела, которое мы начинаем.

— Я поняла и все сделаю, Витязь. Будь осторожен… и по возможности счастлив. — Она вдруг оказалась рядом, обожгла губы Егора поцелуем и растворилась в ночи.

— Подожди, мы тебя подвезем, — запоздало бросил он ей вслед, потрогал губы, продолжающие гореть и щипать, проговорил глубокомысленно:

— Кто совершает поступок пьяным, всегда расплачивается трезвым…

— Поехали, сынок, — раздался из кабины «Рено» голос деда Спиридона.

Крутов оторопело заглянул в машину, не понимая, как старику удалось залезть туда незамеченным, и сел за руль.

До Ветлуги они ехали молча, потратив на весь путь всего двадцать минут, словно летели по воздуху, а не мчались по дорогам. Крутов не знал, что этим они обязаны иерофанту Сергию, протянувшему для них коридор «спрямления времени«.

Внешне все выглядело как и прежде: лес, дорога, мост, город, — но время «притормозило», и хотя Егор почувствовал неладное, выяснять у Спиридона ничего не стал. На губах продолжал гореть поцелуй Марии, и это мешало сосредоточиться, воспринимать действительность и думать о другом…

МОСКВАВОРОБЬЕВ

Он не любил долгих прощаний и уехал ранним утром, пообещав Лиде, что позвонит, как только устроится на новом месте. Вряд ли она поняла, что означает «устроиться» в организации, поставившей целью войну с государственной мафией и преступниками, разрабатывающими психотронное оружие, однако слова Панкрата ее немного успокоили и слез не вызвали.

А ему почему-то запомнились больше всего ее странные слова, совсем, казалось бы, не относящиеся к теме отъезда.

— Знаешь, что меня поражает? — сказала она, стоя в гостиной в одной рубашке. — Самое распространенное слово в устах девочек-старшеклассниц — «ненавижу».