Ход Роджера Мургатройда читать онлайн

Когда он проигрывал за рулеткой – а он всегда проигрывал, – то нагло протягивал ко мне руку, чтобы сделать следующую ставку, и немедленно. Иногда он даже запускал пальцы в мою сумочку и выуживал пачку банкнот. И так на виду у всех.

Сама я уже тоже зашла настолько далеко, что меня это больше не трогало. Мне было решительно все равно, когда мы с ним заходили на Променад-дез-Англэ в какой-нибудь бутик с модной мужской одеждой, и он, не стесняясь обслуживающего нас продавца, начинал клянчить, чтобы я купила ему костюм для сафари от Ланвена.

Мне было все равно, что он всего лишь хитрый вымогатель. Я это знала, и мне было абсолютно все равно. Или я притворялась перед собой, будто мне абсолютно все равно.

И тут произошло это – самая жестокая ирония из всего возможного. Я обнаружила, что жду ребенка. Я, та, что так долго мечтала иметь не одного ребенка, но кучу детей с Генри, я оказалась беременной от албанского жиголо!

Ну, я уверена, вы понимаете, как бы ни был силен мой материнский инстинкт, не вставало и вопроса о том, чтобы родить и растить такого ребенка.

И вот тогда-то так своевременно, так полезно в мою жизнь вновь вторгся Рей Джентри.

Полагаю, Максим рассказал ему о беде, которую я сама на себя навлекла. Или же… или же с самого начала они вместе все спланировали. Но, так или иначе, Рей совершенно случайно знал про одну китаянку в Тулоне, которая сделает почти безболезненную операцию – как сейчас помню смакование, ехидное смакование, с каким он произнес это «почти», – и всего за несколько франков.

А за сколько именно, спросила я его. Пятьдесят, – ответил он. Пятьдесят франков? – повторила я. И испытала облегчение и не поверила. Нет, ответил он, за пятьдесят тысяч франков.

Да-да. Пятьдесят тысяч франков. Шантаж чистейшей воды, хотя Реймонд, естественно, никогда не употреблял ни этого слова, ни каких-либо эвфемизмов. И он даже не намекнул, что, откажись я заплатить, он размажет обо мне грязь по всему Лазурному берегу – так гладенько, будто мармелад на ломтик поджаренного хлеба.

Намекать ему не требовалось. Мы равно знали, каковы его намерения.

Так что теперь настал мой черед сообщить Генри страшную новость. Да, жалкой мы были парой, он и я. И может быть… может быть, каждый из нас должен был испить свою отраву до последней капли, прежде чем мы могли бы снова взглянуть себе в лицо.

Без единого, должна я сказать, упрека Генри дал мне то, в чем я нуждалась.