Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Конечно, святые отцы ведут страшный и многотрудный бой против многоликого греха, перводвигателя отца всех бед, труд их тяжек и свят, но… кто ж, скажите честно, сам без греха? А вдруг выкорчёвывать оный грех начнут именно с тебя, да ещё, поймав на нетвёрдом знании канона, обвинят в ереси? Нет, лучше уж убраться отсюда подобру-поздорову.

– Пойдём отсюда, – внушительно сказал Этлау. – Поговорим без лиших ушей.

– Мои друзья не могут быть лишними, – твёрдо сказал Фесс."

"Этлау пренебрежительно наморщил нос. – Не геройствуй понапрасну.

Твои слуги просто выполняют приказ. Им ничто не грозит. Гном известен как доброе чадо Святой Церкви, на орков же махнул рукой даже Аркин. Они закостенели в язычестве, и кара, ожидающая их в посмертии, куда страшнее всех мук и пыток этого света.

Глаза Этлау вновь фанатично блеснули, и Фесс в который уже раз подумал, что инквизитор, похоже, и в самом деле ничуть не сомневается ни в правоте своего дела, ни в той участи, что, по его мнению, ожидает сородичей Прадда.

– Ну хорошо, – Фесс поднялся. Сейчас он уже горько жалел, что посох остался среди поклажи.

Трепещущий от почтительности корчмарь проводил их в небольшую чистую горенку, застеленную разноцветными домоткаными половиками. Стол был покрыт праздничной расшитой скатертью, и на нём уже дымились миски с горшками.

– Садись, Неясыть. – Этлау опустился на лавку. – Садись и не смотри на меня волком. Оставим на время раздоры и поговорим.

– О чём же, святой отец? – Фесс не сумел сдержать сарказма, и инквизитор поморщился.

– Оставь. Тебя это не красит.

– Убийство невинных не красит тебя куда как сильней, – резко ответил Неясыть. К воронам! Почему он должен вертеться, как уж на сковородке? Бояться слова, шёпота, взгляда – какой он тогда чародей?!

– Какие же они невинные, – пожал плечами Этлау, без тени сомнения принимаясь за аппетитную птичью грудку, тушённую с грибами. – Прелюбодеи они. И ты это знаешь.

Этлау не лгал.

– Если казнить каждую жену, изменившую мужу…

– То рано или поздно останутся только те, которые не изменяют, – невозмутимо бросил инквизитор.

– Скорее не останется вообще никого!

– Ты настолько плохого мнения о тех, кого собираешься спасать от порождений той самой Тьмы, которой столь верно служишь?.. М-м, отличное пиво.

– Да почему плохого?.. Просто такое бывает сплошь и рядом. Неравные браки, постылые свадьбы, когда дети просватаны с малолетства… что же им делать?

– Покориться судьбе, – внушительно сказал Этлау.