Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— А ты спросил у кого-нибудь, нужно ли нас «освобождать»? — мерзавец последнее слово произнес уж совсем ерническим тоном, — Может быть у него? — дланью вычленил кого-то в толпе, — Или у него? Или у нее? Нет! — пауза и медленное отрицательное покачивание головой, а на морде выражение вселенской скорби, — Вы просто сделали так, как сами захотели! Меня, например, все устраивало! Да, устраивало! Я работал, зарабатывал себе на жизнь, меня защищали, кормили, обеспечивали дополнительные попытки возрождения… У нас были перспективы! Мы все могли вырасти! Правильно я говорю?!

— Дааа! — слитный рев десятка, а то и двух глоток, а у меня рука-лицо.

— Вот-вот! Безопасность, наконец, тоже дорогого стоит, особенно по нынешним временам, когда непонятно откуда нам может грозить смертельная! Да, я повторяю, смертельная опасность! И теперь точно мы не выживем! Каждый тут умирал не по разу! Все! И возрождались! Потому что о нас заботились! Эти… эти, они нас лишили и этого! Они лишили нас жизни! — «эти», «этого», да, пошел ты! — И нужно многое сделать, чтобы дать нам просто выспаться, отдохнуть, наконец! Наши «хозяева», как ты говоришь, а по сути, просто главные, директора, шефы и так далее… везде должен быть порядок, они нам это давали! А сейчас что? Что мне делать сейчас?! — уставился вновь на меня, и все повернули головы, — Всем нам, что делать?! Скажи, будь другом! Где брать пищу, где нам обрести кров?! И, если мы сейчас умрем, то уже навечно! Ты понимаешь это?! Именно ты?! Да, плевать тебе! И твоим хозяевам! — обвел, одобряющую его сентенции толпу правой рукой, — Молчишь?!

— У меня нет хозяев! — смог, сука, смог меня зацепить, и в глубине души все закипело.

Зашевелились зло. И первозданная тьма протянула свои щупальца, прося и моля, начать резать стадо. Раз не понимает очевидного! С трудом сдержался, но даже автоматически забрало шлема опустил. Нет, это не наш метод! Следовало всегда помнить, толпа никогда не отличалась интеллектом, даже если в нее ввести интеллектуалов, а тут и подавно.

Интеллигенции полно, а те по сути та еще масса."

"Но каков фрукт… Оратор, чертов! И как ловко завладел вниманием, проникся пониманием, пока я хлопал глазками охреневая от происходящего. До последнего надеялся, что это остаточный эффект от химии Трумена вкупе, как я назвал, с «Подавителем воли», который и уничтожил. После чего бывшие рабы обрели право голоса, как и возможность высказаться о наболевшем.

Да, лучше бы они молчали!

Для меня же это был диагноз.