Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

К нему и обращайтесь, — беззаботно пожал плечами доктор.

«Ах, вот почему ты так спокоен и разговорчив! — наконец-то осознал Максим. — С тебя спросу, значит, никакого. Мило», — разглядывая молодого пофигиста от медицины, размышлял он. Но внешне свои чувства он никак не проявил.

— Значит, вы не в курсе, что именно произошло с бабушкой?

— Нет.

— А как фамилия вашего коллеги, дежурившего в ту ночь?"

"Врач задумчиво пошевелил чернявые кудлатые волосы на макушке, но так и не вспомнил, даже очередная пятерка не помогла.

Но зато он вспомнил медсестру, дежурившую в ту ночь, и она, на счастье, оказалась сегодня на дежурстве.

— Слушаю вас, — кокетливо улыбаясь и потряхивая собранными в задорный хвостик волосами, проговорила медсестричка Оля.

Огорчать это милое, легкомысленное создание было жаль, но выхода у Максима не было.

— Олечка, я по одному очень важному и не совсем приятному вопросу, — приступил он к делу. — У меня умерла бабушка, это случилось в вашей больнице, тридцатого мая и как раз в ваше дежурство.

Мне бы очень хотелось узнать подробности. — И помедлив секунду, добавил: — Если бы я знал, что мне придется беседовать со столь очаровательной девушкой, я бы захватил цветы.

Олечке вступление понравилось. Она чуть разрумянилась и спросила:

— А как фамилия вашей бабушки?

— Болотникова, Аглая Игоревна. Она лежала в отдельной палате. Приятная такая, с голубоватыми волосами, очень интеллигентная старушка.

Тут лицо девушки заметно помрачнело, она как-то сразу замкнулась, было видно, что бабушку она вспомнила и что воспоминание это настроения ей не улучшило.

— Простите, я не помню такую.

Но Максим не был расположен глотать всю чушь, которую наверняка попытаются ему втереть сотрудники больницы, и уж тем более Олечка.

— А я уверен, что помните, — беря девушку за локоть и заглядывая ей в глаза инквизиторским взглядом, проговорил Максим. При необходимости он мог быть очень жесток. Даже с такими вот Олечками.

— Вы что? Отпустите меня! — Олечка попыталась вырваться и стала озираться по сторонам в поисках поддержки.

К счастью, Максим успел выманить ее из отделения на лестницу, а тут не было ни души. Все: и персонал, и больные, и родственники — предпочитали пользоваться лифтами.

— Увы. Улизнуть не выйдет, помощи ждать неоткуда, — плотоядно улыбаясь, заключил Максим. — Кричать не советую. А теперь шутки в сторону. Я знаю, что бабушкина смерть была странной и внезапной. И хочу знать, что именно случилось в ночь ее смерти. Честно, подробно, без уверток.