Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Итак, ваши действия, курсант!

…Занятия продолжались, как ни в чём не бывало.

Глава 4

Костя Ковтун родился в Марковке – небольшом украинском селе, расположенном на границе с Воронежской областью. Близость России наложила на село свой отпечаток: все жители Марковки говорили на странной смеси украинского и русского языков. Этот местный диалект директор сельской школы – выходец из Прикарпатья, гордо именовавший себя гуцулом – презрительно называл «хохляцкой мовой».

Дед Кости, Опанас, был известный пасечник, и среди односельчан считался человеком зажиточным, поэтому держался особняком.

Ещё будучи нестарым мужчиной, овдовел Опанас, и хотя молодых да пригожих хохлушек, желавших войти в его дом хозяйкой, было немало, больше он так и не женился.

Через три дня после смерти жены запряг Опанас коня в тарантас и, не говоря никому ни слова, выехал со двора. Вернулся Опанас вечером следующего дня. Рядом с ним с узелком в руках сидела в тарантасе его дальняя родственница Матрёна.

В своей многодетной семье была Матрёна самой младшенькой. Тихая, незлобивая, она сильно отличалась от старших братьев и сестёр, которые после того как научились ходить, сразу начинали искать, где бы что украсть и с кем бы подраться. Когда старшие братья обижали её, она, вместо того чтобы вцепиться им в нечёсаные вихры, как делали другие сёстры, тихонько плакала и старалась спрятаться за печку или на сеновале.

– Дурочка! – кричали довольные братья.

– Убогонькая! – жалостливо вздыхали соседи."

"Так и повелось, что и родня и селяне считали Матрёну местной дурочкой. Когда Матрёне исполнилось семнадцать лет, к ним домой на расписном тарантасе неожиданно приехал дядько Опанас. Привёз Опанас с собой жбан медовухи, да медовых сот в подарок целый берестяной короб. Матрёне Опанас тихонько от всех сунул в карман целый кулёк конфет «Раковая шейка».

– Дякую[88], дядько! – смущённо поблагодарила родственника Матрёна.

В ответ Опанас как-то странно улыбнулся и внимательно оглядел девушку. Матрёна окончательно смутилась и убежала в ригу, где, зарывшись в свежее пахучее сено, с удовольствием грызла подаренные ей карамельки. Ближе к вечеру там же в риге её отыскал отец.

– Вот что, дочка! – дыхнув медовухой, начал отец. – Дядько Опанас за тобой приехал, просит отдать тебя ему в работницы, а точнее, в няньки.