Князь Барятинский 7. Воины света читать онлайн

В окружении одних только книг… Он рос маленьким аскетом — у которого попросту не хватало жизненных сил на те занятия, которые свойственны юношам его возраста. Бедный мальчик знать не знал, что это такое — бегать, прыгать! Радоваться жизни!

«Играть в карты, — мысленно продолжил я, — развлекаться с чужими служанками…»

Клавдия, слава богу, прочитать мои мысли не могла.

— Конечно же, при перестройке организма в одночасье последствия будут чудовищными! — закончила она. — Конечно же, всё это будет сопровождаться сильнейшими гормональными всплесками! Что мы, собственно, и наблюдаем, — Клавдия склонила голову набок — разглядывая в проекции что-то, что мог различить только её опытный глаз.

 — Ох! И как я сразу не догадалась…

Она вновь принялась водить над проекцией руками. Та окрасилась всеми цветами радуги, Клавдия осторожно потянула к себе нити красного цвета.

— Браво, Клавдия Тимофеевна.

Этот голос я узнал бы из тысячи. Хотя бы потому, что услышал его не ушами. Этим потусторонним голосом будто бы вмиг наполнилась вся смотровая.

"

"Над Борисом, соткавшись из нитей, которые тянула к себе Клавдия, повисла вдруг ещё одна проекция — полупрозрачное лицо. На нас смотрел доктор Юнг.

Клавдия взвизгнула, отшатнулась. Прижалась ко мне. Я задвинул девушку за спину, мою руку обвила цепь.

— Что за… — начал было Вова.

Но не договорил. В ужасе уставился на то, как меняется призрачное лицо Юнга.

Как оно превращается сначала в лицо Марии Петровны Алмазовой, потом в незнакомого господина в цилиндре, потом в сморщенного старика-китайца.

Непрерывно сменяющие друг друга личины искажались гримасами — они то смеялись, то кривились, то заходились в безмолвном крике. Будто Юнг не мог определиться ни с собственным образом, ни с выражением лица и пустил этот процесс на самотёк. Мы наблюдали за перевоплощениями, как завороженные.

— Восхищен вашей догадливостью, Клавдия Тимофеевна, — прошелестел Юнг.

Лицо его, наконец поймавшее какой-то образ и прекратившее меняться, представляло собой жутковатую смесь.

Верхняя часть — Мария Петровна Алмазова, её огромные глаза, тонкие брови и пышная прическа. А нижняя часть — гладко выбритые щёки и закрученные штопором усы неизвестного господина.

— Недаром я считал и продолжаю считать вас своей лучшей ученицей, Клавдия Тимофеевна. Однако, хочу заметить: если бы к моим словам прислушивался господин Барятинский, вашему драгоценному цесаревичу сейчас ничего бы не угрожало.