Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— сухо ответил я, продолжая наслаждаться новенькой машиной.

— Разве в парке аттракционов может быть что-то плохое?

— Пф-ф-ф… Поверь мне на слово! И вообще, чует сердце — придётся, как Луций Золло… применить все возможные связи, чтобы слепить на новом месте хоть что-нибудь стоящее.

— Не знаю — не знаю… Мне кажется, что ты совершаешь ошибку. Да и сам подумай! В Москве каждые пять лет проходит программа реновации… Сильно сомневаюсь, что там окажется нечто ужасное!

— А как ты объяснишь отсутствие прибыли?

— Ну так… Недостаток рекламы.

Такое бывает.

— Вот сейчас приедем и узнаем наверняка. — я лишь вздохнул, готовя себя к самому худшему.

Это такой успокаивающий эффект. Надо заставить себя верить, что там будет сущий ад, чтобы потом даже немного обрадоваться. Хотя… меня терзало неприятное предчувствие.

Которое, кстати, только обострилось, когда мы были уже на подъезде к парку.

Во-первых, издалека нас приветствовало обшарпанное колесо обозрения, которое двигалось до безобразия медленно.

А на спицах уже виднелись следы ржавчины…

Во-вторых, черный забор с острыми пиками, что окружал парк — больше напоминал кладбищенские ограды.

В-третьих — деревья. Они почему-то уже полностью облысели, а в куче полумёртвых веток жирными чёрными пятнами расположились вороньи гнёзда.

Возможно, не будь сегодня такой пасмурной погоды, всё это смотрелось бы не как зона отчуждения. Хотя… даже солнце не исправило бы весь этот адский ад.

— Смотри! — Толик попытался улыбнуться: — Там даже есть колесо обозрения… И вон… Американские горки… Вроде…

— Не надо. Мы оба уже обо всём догадались.

— Но… может быть это из далека всё так… А, подъедем поближе… — пацан с ужасом увидел плюшевую игрушку в виде клоуна, которая свисала с металлических прутьев забора. Видимо, она отдыхала там настолько долго, что успела покрыться плесенью и немного выцвести.

Это был полный провал! Но несмотря на всеобщий ужас и депрессию, через жуткие главные ворота проходили редкие гости.

В основном старики с маленькими детьми.

Припарковавшись, Санёк услужливо открыл нам двери.

Толстый охранник, развалившейся в будке, тут же подскочил, словно ошпаренный и выбежал к нам на встречу.

— Г-г-г-господин Демидов… Это же вы? Да? Вы? — толстяк поклонился настолько низко, что на его нескромном филее затрещали брюки.

— Верно.