Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Потом махнул в сторону её сапожек, стоявших у печи на специальной решётке для сушки, показал на курточку. — Курткой займусь завтра.

Девочка угрюмо уселась на кровать и стала пальцем дырявить подушку. Загрустила. Мальчик некоторое время хмуро наблюдал за ней. Вздохнул: нет, так дело не пойдёт, сейчас начнёт мать вспоминать, загрустит и опять сырость наведёт. Он поспешно закончил уборку и сел рядом. Ну и что делать? Гвоздь обычно рассказывал свои истории, теперь мальчик знал, откуда он их брал, но он-то языка не знает, чтобы их рассказывать? А это идея.

— Скажи, Аливия, ты можешь помочь? Тебя ведь Аливия зовут?

— Аливия Рикерт Транхейм, — гордо поправила его девочка.

— Ух ты! Имя длиннее тебя, — восхитился Володя. — Тогда давай так, Аливия Рикерт Транхейм… я плохо знаю ваш язык. Ты поняла?

Девочка кивнула.

— Тогда давай ты будешь меня учить?

Аливия удивлённо глянула на него, учить этого грубияна? Этого несносного мальчишку, ненамного старше её? Хотя… девочка чувствовала, что по внешнему виду судить не стоит, но она всё же была ещё слишком мала, чтобы делать какие-то выводы.

Потому бросила размышлять и согласно кивнула.

— Хорошо.

— Ну давай попробуем… — Володя положил перед собой лист бумаги и приготовился записывать. — Как будет шагать? — Мальчик встал и начал маршировать. — Шагаю!

Глава 9

На следующий день Володя встал пораньше и в одних штанах выскочил на улицу, прямо на снег. Немного размялся, накачал ведро воды и вылил на себя, развернулся, чтобы бежать обратно в дом, и наткнулся на Аливию, с круглыми, размером с плошки глазами, которая зябко куталась в понравившийся ей шерстяной платок.

Пробегая мимо, мальчик щёлкнул её по носу, а дома поспешно схватил полотенце и начал растираться.

— Надо, надо закаляться по утрам и вечерам! — пропел он.

В первое время его подмывало бросить все эти занятия и разминки — много сил на них уходило, да и неохота было заниматься, если честно. Только огромным усилием воли заставлял себя вставать каждое утро и тренироваться. Знал, стоит дать слабину и всё — дальше покатишься вниз и уже не остановишься, вернуться в рабочий ритм будет ой как не просто.

Потом ничего, привык. И даже стал получать удовольствие, ибо только эти занятия помогали ему держать себя в руках и не раскиснуть окончательно. Сегодня он отрабатывал и за те два дня, что провозился с девочкой.

— Сейчас закончу, и начнём завтракать. Зачем встала?

Аливия, похоже, поняла только последний вопрос.

— Ты встал ведь.

— Понятно. Тогда жди.