Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Пока мы бьём его на нашей территории Октон не вмешается, но…

— Но план у корвийцев совсем другой — дать повод Октону вмешаться. А это им сделать много проще, чем нам сдержаться.

— У тебя уже есть идея.

— Понимаешь… я всё вспоминаю одну компанию своё родины… Это было двести лет назад… Ситуация была немного другой, но цель та же — мир как можно скорее с одним из противников в ожидании нападения другого, гораздо более опасного. Если мир не заключить придётся воевать на два фронта. И противник это знает. Ему даже не надо вести пока активных боевых действий, единственная цель — продержаться до атаки второго врага.

И вот в этой ситуации необходимо было вынуть противника заключить мир…

— И что этот командующий сделал?

— Кутузов? Отступил.

— Что?!!!

— Вот и я думаю, что нам делать… Нам нужен мир… мир, а не победа.

С остановками и не очень утомительными тренировками армия подошла к месту боевых действий и остановилась почти на неделю. Каждый день приезжали гонцы от Джерома с вестями о происходившем, но Володя всё ещё колебался… Легче всего было сорваться с места, стремительно сблизиться с противником, разрезать его, прижать к реке и давить, пока не побежит.

Герцог Нарский придерживался классического для этого мира метода ведения войны — неторопливое продвижение с гигантскими обозами, осада замков, захват ключевых пунктов… Пока он продвигался по дружеской территории, контролируемой Играндам его движение задерживал только обоз и из-за него герцог и был очень уязвим для молниеносных атак.

По сути, Володя мог выбирать любое место и время для атаки. Успевший оценить маневренность и стойкость созданной князем армии Танзани и ожидал таких действий, но слова Володи заставили его задуматься и даже на совещаниях предпочитал пока помалкивать, выслушивая разные мнения. Отмалчивался и Володя.

Наконец, когда дальше откладывать решение было уже невозможно, приказ был отдан… Ллия Тутс, получив распоряжение, ухмыльнулся.

— Вы, милорд, соображаете, в отличие от этих, — кочевник сделал презрительный жест, изображающий рыцаря.

"Володя нахмурился — никакого понятия о дисциплине. С большим удовольствием он поручил бы это дело другому, но… но никто другой, кроме кочевника с ним не справится. Отступление? Тем более притворное? Что может быть хуже для всех этих благородных. Володя с помощью Танзани ещё заставил бы всех подчиниться, тем более сейчас он уже приобрёл кое-какой авторитет, но ни от кого другого такой приказ благородные не потерпят.