Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Никто из нас не сомневался, что этот жесточайший график в ближайшие недели будет рассмотрен и Королевым.

5 января утром Королев отправился в кремлевскую больницу на улицу Грановского. По стечению обстоятельств там же находилась и его мать – Мария Николаевна Баланина.

6 января Нина Ивановна наведалась в больницу и там встретилась с Константином Рудневым. Он навещал в больнице свою жену. Руднев с 1965 года формально не имел отношения к нашей тематике. Его понизили с высокой должности заместителя председателя Совета Министров до председателя никому не понятного госкомитета по координации научно-исследовательских работ, и затем назначили министром «приборостроения, средств автоматизации и систем управления».

Руднев не терял оптимизма. У него всегда были в запасе ободряющие шутки. Нине Ивановне он сказал, что здесь с СП справятся «лучшим образом».

Операцию после многодневного обследования назначили на 14 января. Накануне нам стало известно, что на операции будет присутствовать министр здравоохранения Советского Союза специалист по сердечной хирургии Борис Петрович Петровский.

Потом выяснилось, что Петровский не присутствовал, а сам делал операцию. В повседневной суете большинство из близких Королеву людей, даже члены Совета главных, интересовавшиеся здоровьем друг друга, не придавали этой операции особого значения. «Подумаешь, где-то какие-то полипы. Уже многим делали подобные операции и в двенадцатиперстной, и в прямой кишке.»

Считали, что операции подобного рода проще, чем удаление аппендикса.

«Через неделю Королев будет на работе», – объяснил Тюлин на заседании Госкомиссии при обсуждении готовности к пуску Е-6 № 13. На этот раз о всех мероприятиях на Госкомиссии подробно докладывал Бабакин.

Я коротко доложил итоги по реализации мероприятий всех последних аварийных комиссий.

Установили окончательно срок пуска 31 января.

– Если не на полигон, то в Симферополь СП обязательно прилетит, – уверял Тюлин.

По этому поводу Тюлин консультировался с заместителем министра здравоохранения Бурназяном.

Аветик Игнатьевич Бурназян опекал здоровье атомщиков и ракетчиков. Но Четвертое главное управление Минздрава СССР было вне его сферы влияния, кремлевские больницы ему не подчинялись. По-видимому, выбор оперирующего хирурга был результатом взаимной договоренности между Королевым и Петровским. Королеву импонировало, что его будет оперировать не только известный хирург, но к тому же еще и министр здравоохранения СССР!